Мои цитаты из книг
Похоже, принц был не таким уж хорошим человеком. Хотя, особам голубых кровей в принципе хорошими быть незачем.
Ветер, который играет на цепях осужденных,Ночь, окутывающая туманными крыльями,Чудовище по кличке "Черный палач",Все это – ты.По твоим следам идёт сама смерть.И мне было бы лучше не лететь на твой огонь. Но без тебя мне не нужны крылья…
Предпочитаю и дальше оставаться в союзе со своими грехами. Я к ним привык, и они мне дороги.
Ветер, который играет на цепях осужденных,Ночь, окутывающая туманными крыльями,Чудовище по кличке "Черный палач",Все это – ты.По твоим следам идёт сама смерть.И мне было бы лучше не лететь на твой огонь. Но без тебя мне не нужны крылья…
— Что, по-вашему, с ним не так, принцесса? — спросил Лоскут.
Катса поймала снежинку на ладони.
— Что значит «не так»?
— Ну, почему ему нравится мучить людей?
Катса пожала плечами.
— Его Дар позволяет ему делать это с легкостью.
— Но у всех есть возможность причинять боль, — сказал Лоскут. — Это же не значит, что они ею пользуются.
— Я не знаю, — сказала Катса, вспомнив о Ранде и Мергоне, об остальных королях и их бесчинствах. — Мне кажется, многие люди с удовольствием ведут себя жестоко, если их власть это позволяет, а у Лека власти больше всех. Я не знаю, почему он так делает, я только знаю, что мы должны его остановить.
Даже в мире, где люди, наделенные необычайными и, как правило, опасными способностями, не редкость, Катсу боятся и избегают. В восемь лет она совершила свое первое убийство, и с тех пор никто не мог одолеть ее в схватке: Катса стала непобедимым воином… и палачом, безвольным орудием в руках своего дяди, короля Ранды. Она жаждет освободиться от Дара, который, кажется, приносит ей и окружающим лишь боль, искупить причиненные страдания и объединяется с юным принцем из Лионида, чтобы раскрыть заговор...
Они тихо лежали во тьме, обнявшись. Положив голову ему на грудь, Катса слушала, как эхо разносит по пещере плеск воды и как в теле По пульсирует кровь.
— Знаешь, — проговорил он вдруг, — жаль, что ты не видишь этой пещеры.
— Какая она?
— Здесь… очень красиво.
— Опиши.
И По рассказал Катсе, что скрывается в непроницаемой тьме пещеры, а снаружи их ждал целый мир.
Даже в мире, где люди, наделенные необычайными и, как правило, опасными способностями, не редкость, Катсу боятся и избегают. В восемь лет она совершила свое первое убийство, и с тех пор никто не мог одолеть ее в схватке: Катса стала непобедимым воином… и палачом, безвольным орудием в руках своего дяди, короля Ранды. Она жаждет освободиться от Дара, который, кажется, приносит ей и окружающим лишь боль, искупить причиненные страдания и объединяется с юным принцем из Лионида, чтобы раскрыть заговор...
Это не он тебя бесит. Тебя бесит, что ты склоняешься перед его волей.
Даже в мире, где люди, наделенные необычайными и, как правило, опасными способностями, не редкость, Катсу боятся и избегают. В восемь лет она совершила свое первое убийство, и с тех пор никто не мог одолеть ее в схватке: Катса стала непобедимым воином… и палачом, безвольным орудием в руках своего дяди, короля Ранды. Она жаждет освободиться от Дара, который, кажется, приносит ей и окружающим лишь боль, искупить причиненные страдания и объединяется с юным принцем из Лионида, чтобы раскрыть заговор...
— Я бы не вышла за Гиддона, даже если бы от этого зависела моя жизнь, — сказала Катса. — Даже если бы от этого зависела твоя жизнь.— Эээ, — в глазах Раффина плескался смех, — притворюсь, что я этого не слышал.
Даже в мире, где люди, наделенные необычайными и, как правило, опасными способностями, не редкость, Катсу боятся и избегают. В восемь лет она совершила свое первое убийство, и с тех пор никто не мог одолеть ее в схватке: Катса стала непобедимым воином… и палачом, безвольным орудием в руках своего дяди, короля Ранды. Она жаждет освободиться от Дара, который, кажется, приносит ей и окружающим лишь боль, искупить причиненные страдания и объединяется с юным принцем из Лионида, чтобы раскрыть заговор...
— Ты можешь разжечь огонь даже в ливень.
— У меня просто больше терпения, чем у других.
— Конечно, — фыркнул По. — Терпение — вообще одно из твоих основных качеств.
Он увернулся от рыбины, которая летела прямо ему в голову, и снова уселся, смеясь.
Даже в мире, где люди, наделенные необычайными и, как правило, опасными способностями, не редкость, Катсу боятся и избегают. В восемь лет она совершила свое первое убийство, и с тех пор никто не мог одолеть ее в схватке: Катса стала непобедимым воином… и палачом, безвольным орудием в руках своего дяди, короля Ранды. Она жаждет освободиться от Дара, который, кажется, приносит ей и окружающим лишь боль, искупить причиненные страдания и объединяется с юным принцем из Лионида, чтобы раскрыть заговор...
Она не раздумывала о таком варианте, пока рыдала в одиночестве в лесной чаще. Ей даже в голову это не пришло. А теперь его предложение висело в воздухе перед ней и ждало, что она протянет руку и примет его. и то, что уже стало простым, ясным и успело разбить ей сердце, вдруг снова оказалось запутанным и сложным. Но и окрашенным надеждой.
Даже в мире, где люди, наделенные необычайными и, как правило, опасными способностями, не редкость, Катсу боятся и избегают. В восемь лет она совершила свое первое убийство, и с тех пор никто не мог одолеть ее в схватке: Катса стала непобедимым воином… и палачом, безвольным орудием в руках своего дяди, короля Ранды. Она жаждет освободиться от Дара, который, кажется, приносит ей и окружающим лишь боль, искупить причиненные страдания и объединяется с юным принцем из Лионида, чтобы раскрыть заговор...
— Неужели вы думаете, — почти что выплюнула Катса, — что мне нужна стража, чтобы защитить их от монсийских воинов?
— Нет, — резко сказал Pop. — Я не сомневаюсь, что ты более чем в состоянии провезти королеву Монси, моего сына, остальных моих сыновей и сотню нандерских котят в придачу сквозь толпу вопящих мародеров, если понадобится, — он расправил плечи.
Даже в мире, где люди, наделенные необычайными и, как правило, опасными способностями, не редкость, Катсу боятся и избегают. В восемь лет она совершила свое первое убийство, и с тех пор никто не мог одолеть ее в схватке: Катса стала непобедимым воином… и палачом, безвольным орудием в руках своего дяди, короля Ранды. Она жаждет освободиться от Дара, который, кажется, приносит ей и окружающим лишь боль, искупить причиненные страдания и объединяется с юным принцем из Лионида, чтобы раскрыть заговор...
- Что, во имя Лионида, ты сотворил со своим лицом?
- Пустяки, дедушка. Просто подрался.
- Со стаей волков?
- С леди Катсой, - ответил По, кивая в сторону Катсы, которая стояла в ногах кровати. - Не бойся, дедушка. Просто дружеская потасовка.
- Дружеская потасовка, - фыркнул Тилифф. - Ты выглядишь хуже чем она, По.
По расхохотался. Он много смеялся, этот лионидский принц.
- Я наконец-то встретился с равным, дедушка.
- С более чем равным, - отозвался Тилифф.
Даже в мире, где люди, наделенные необычайными и, как правило, опасными способностями, не редкость, Катсу боятся и избегают. В восемь лет она совершила свое первое убийство, и с тех пор никто не мог одолеть ее в схватке: Катса стала непобедимым воином… и палачом, безвольным орудием в руках своего дяди, короля Ранды. Она жаждет освободиться от Дара, который, кажется, приносит ей и окружающим лишь боль, искупить причиненные страдания и объединяется с юным принцем из Лионида, чтобы раскрыть заговор...