Зная жестокий и тщеславный нрав своей свекрови, я бы не удивилась, услышав доносящиеся из глубин дома истошные крики девственниц, слуг или врагов рода.
Молчаливой Франчески оказалось вполне достаточно, пусть она и бросала на него ненавидящие взгляды, когда была уверена, что никто на нее не смотрит. Но взгляды – это не ножи, ими не убьешь и дырку не проковыряешь.
– И что же это за местечко, Роберто? – звенящим от ярости голосом спросил Винченцо.
– Музей, – мрачно ответил ему брат. – Через две улицы отсюда есть музей орочьего быта. Это достаточно злачное местечко для выговора? Там ведь есть изображения орчанок – вдруг мы с Чино так возбудимся, что не сможем вести себя прилично и уроним твое достоинство?
Франческа в ужасе смотрела на этот генератор идей. Она даже в страшном сне не могла представить себя с лысой головой. Если выбирать между лысиной и замужеством, второе казалось намного привлекательнее. С бритвой ее не могла примирить даже мысль, что волосы отрастут, а муж никуда не денется.
Прискакали злые орки
И сожрали все до корки.
Эльфы тоже прибежали
И всю зелень дожевали.
Два дракона прилетели
И огнем здесь попыхтели.
А потом пришли два тролля
И наелись мяса вволю.
Если выбирать между лысиной и замужеством, то второе казалось ей намного привлекательнее. С бритвой ее не могла примирить даже мысль о том, что волосы отрастут, а муж уже никуда не денется.
Кто же спрашивает женщину, чего она хочет? — удивился орк. — Это бессмысленно. Их желания меняются постоянно. Решать должен мужчина.
- Не любишь девушек, пишущих стихи? ..
- Увлечение твоей невесты метательными ножами, несомненно, намного более привлекательная черта характера.
- Не поверишь, но для меня, да. Более милосердное. Пусть лучше тебя один раз зарежут, чем ежедневно мозги выносят.
Влюбленность жениха просто бросалась в глаза всем окружающим. Да и сам жених иногда бросался. На окружающих.
Пусть этот гад ей пожизненно лук режет, оплакивая ее брата.