В самом деле, вот мерзость капитализма. Всего полно, в карманах масса денег, все проституируют и жаждут наслаждений. Погибающий мир... Я буду жить в нашем, в моём мире, где всего не хватает, где все всего боятся, да-да, это более нормальный мир; поступлю куда-нибудь продавщицей или кладовщиком на продбазу, буду воровать и чувствовать себя нормальным человеком.
Облегчённо и тихо они обнялись и заснули, как единое целое, представляя собой не столь уж частое нынче под луной зрелище супружеского согласия.
Гостиница «Интурист». На крыльце группа французов, с любопытством наблюдающая пробегание странной толпы: интереснейшее явление, этот русский народ, вроде бы белые, но абсолютно не европейцы.
... Все эти психологические курьёзы. Это свойственно, быть может, только вам, русским. Англичане, колонизируя острова и прочие пространства, тут же начинали стремиться к отделению от метрополии. У вас второе поколение спасшихся, не говоря уже о третьем, начинает мечтать о суровых объятиях передового, хотя и самого тупого, народа в истории. Суицидальный комплекс, нравственная деградация.
Характерец-то, характеришка-то у нас особенный. Не так ли? У кого, например, ещё существует милейшая поговорчка „сор из избы не выносить“? Кельты, норманны, саксы, галлы − вся эта свора избы, небось, свои очищала, вытряхивала сор наружу, а вот гордый внук славян заметал внутрь, имея главную цель − чтоб соседи не видели. Ну, а если все эти гадости из национального характера идут, значит, всё оправдано, всё правильно, ведь мы же и говном себя называем, а вот англичанин говном себя не назовёт.
— Если неправильно выберешь вино, весь обед покатится под откос, и все вы через два часа будете выглядеть, как свиньи.
Веселое тело кружилось и пело, хорошее тело чего-то хотело, теперь постарело чудесное тело, и скоро уж тело отправят на мыло.
Нельзя всю жизнь быть глиной в корявых лапах этого государства.
Вернуться до 9-ти, заварить чаю и включить программу "Время" - вот она, старость, вот он, близкий распад души.
Хоть и живу уже почти полвека в изгнании, но душой всегда на родине, в её пространствах, на её реках, на её равнинах и островах.