Мои цитаты из книг
"Её постарались вежливо выпроводить за дверь, но она приоткрыла другую дверь - дверь кабинета самого директора.
-Закройте дверь.
Пичужкина в точности выполнила приказание, но закрыла дверь, войдя в кабинет."
Книга кандидата медицинских наук Л.А. Богданович, «Записки психиатра» — это классика медицинского документального романа, куда вошли невероятно увлекательные очерки о буднях молодого врача пришедшего работать в психиатрическую клинику. Почти невыполнимые задачи, запутанные диагнозы, казалось бы безнадежные пациенты… Психиатрическая клиника — это особое место, где под силу работать только беззаветно преданному своему делу врачу. Кем и была Лидия Богданович. «Записки психиатра» — практически...
Привычки наши — добровольно надетые шоры; знакомое — не замечаешь. Поэтому мир с годами скукоживается, а время, и без того отмеренное без всякой жалости, уходит в ничто все быстрей и быстрей.
В том мельканье дней легко потерять суть.
Легко ли это — столкнуть колесо истории с наезженной колеи? Да в нужную сторону? Андрей Соколов пытается. Он еще помнит, как жилось в СССР, и знает, что было потом. В подарок от Сущности, что послала его корректировать прошлое, он получил молодое тело и доступ к знаниям всего человечества. Но хватит ли этого, когда ты вновь стал порывистым подростком и жизнь, что на расстоянии вытянутой руки, для тебя не менее важна, чем вызываемые тобой движения геополитических плит за горизонтом? Его ищут...
...слишком часто многое, начавшись как сказка, заканчивается потом как страшный сон. Именно поэтому, взрослея, люди становятся осторожней.
Легко ли это — столкнуть колесо истории с наезженной колеи? Да в нужную сторону? Андрей Соколов пытается. Он еще помнит, как жилось в СССР, и знает, что было потом. В подарок от Сущности, что послала его корректировать прошлое, он получил молодое тело и доступ к знаниям всего человечества. Но хватит ли этого, когда ты вновь стал порывистым подростком и жизнь, что на расстоянии вытянутой руки, для тебя не менее важна, чем вызываемые тобой движения геополитических плит за горизонтом? Его ищут...
Стать частью коллективного Герострата легко: не надо даже дергать за веревку, лишь крикни со всеми "вали"! Короткий миг — и вот ты уже в одном строю с теми, кто раскладывал на площадях костры из книг. Рабы истории… Они рабами и остались, сколько бы статуй не повалили, сколько бы библиотек не уничтожили. Свобода добывается иначе...
Легко ли это — столкнуть колесо истории с наезженной колеи? Да в нужную сторону? Андрей Соколов пытается. Он еще помнит, как жилось в СССР, и знает, что было потом. В подарок от Сущности, что послала его корректировать прошлое, он получил молодое тело и доступ к знаниям всего человечества. Но хватит ли этого, когда ты вновь стал порывистым подростком и жизнь, что на расстоянии вытянутой руки, для тебя не менее важна, чем вызываемые тобой движения геополитических плит за горизонтом? Его ищут...
Сложно объяснить просто. Просто объяснить сложно.
Легко ли это — столкнуть колесо истории с наезженной колеи? Да в нужную сторону? Андрей Соколов пытается. Он еще помнит, как жилось в СССР, и знает, что было потом. В подарок от Сущности, что послала его корректировать прошлое, он получил молодое тело и доступ к знаниям всего человечества. Но хватит ли этого, когда ты вновь стал порывистым подростком и жизнь, что на расстоянии вытянутой руки, для тебя не менее важна, чем вызываемые тобой движения геополитических плит за горизонтом? Его ищут...
Кляксой яростного мрака на подсвеченных облаках явился и уплыл назад бунтующий конь, потянулись покрытые мохнатой изморозью решетки Аничкова моста.
- Меня больше погода волнует, - поёжился Карл, - минус десять и северный ветер. Они называют это весной.
Легко ли это — столкнуть колесо истории с наезженной колеи? Да в нужную сторону? Андрей Соколов пытается. Он еще помнит, как жилось в СССР, и знает, что было потом. В подарок от Сущности, что послала его корректировать прошлое, он получил молодое тело и доступ к знаниям всего человечества. Но хватит ли этого, когда ты вновь стал порывистым подростком и жизнь, что на расстоянии вытянутой руки, для тебя не менее важна, чем вызываемые тобой движения геополитических плит за горизонтом? Его ищут...
— Соколов… — прозвучало слева устало, — скажи мне честно, Соколов: вот зачем ты стал мне сегодня помогать? Чего ты хотел добиться?
— А, это просто, — я пнул подвернувшуюся ледышку, и она полетела, поблескивая, во тьму, — понимаешь, Кузя, не скажу за женщин, но мужчины развиваются в поступках. Это как подъем в гору. Поступок — шаг, поступок — ты еще чуть выше. Не обязательно влезать на броневик, уступить место в автобусе тоже сойдет. Главное, что ты отдаешь что-то за просто так. Время, деньги, здоровье. Жизнь. Мне этот подъем еще не надоел.
Легко ли это — столкнуть колесо истории с наезженной колеи? Да в нужную сторону? Андрей Соколов пытается. Он еще помнит, как жилось в СССР, и знает, что было потом. В подарок от Сущности, что послала его корректировать прошлое, он получил молодое тело и доступ к знаниям всего человечества. Но хватит ли этого, когда ты вновь стал порывистым подростком и жизнь, что на расстоянии вытянутой руки, для тебя не менее важна, чем вызываемые тобой движения геополитических плит за горизонтом? Его ищут...
– Решила утопиться, Киса? – язвительно процедил маг, дернув Кошку за ухо.
– Ну не ждать же всю жизнь, когда утопят! – огрызнулась фея.
– Ой, ду-у-ра! – поморщился некромант.
– Это наследственное!
– Вероятно, от матери!
– Которую отец выбирал!
Светлой фее с кучей неприятностей и темному магу, который временно исполнял обязанности ее слуги, было явно не по пути. Но она не знала, к кому обратиться за помощью, а он считал, что должен оказать юной хозяйке услугу за свое спасение и приют. Вот так Аделаида Ванн Грэниус и согласилась на участие в тайной игре волшебников, предложенное ей Ниром. Да только азартные игры, как известно, затягивают, а неискушенные феи совсем не умеют сопротивляться соблазну, особенно когда на кону стоит личная...
— Если я не выиграю минимум три сундука, убью тебя, воскрешу и снова упокою тем же способом, что герцога. А потом распилю на дрова и, каждый раз разжигая камин, буду любоваться пламенем и злорадствовать. Через год, два, три… но буду.
— Ты выиграешь, – пообещал он, пряча улыбку, – моя коварная госпожа.
Светлой фее с кучей неприятностей и темному магу, который временно исполнял обязанности ее слуги, было явно не по пути. Но она не знала, к кому обратиться за помощью, а он считал, что должен оказать юной хозяйке услугу за свое спасение и приют. Вот так Аделаида Ванн Грэниус и согласилась на участие в тайной игре волшебников, предложенное ей Ниром. Да только азартные игры, как известно, затягивают, а неискушенные феи совсем не умеют сопротивляться соблазну, особенно когда на кону стоит личная...
Заметив на дороге курьерский экипаж, фея невольно улыбнулась. Даже не спрашивая, кто отправитель, она знала, что за подарки внутри. Семена экзотических растений, дорогостоящие черенки и прочие необходимые для ее обновленного сада растения, которые сама она вряд ли смогла бы себе позволить. А среди этого растительного великолепия непременно затесался скромный гробик со свежим мертвецом. Нет, он там вовсе не для сада, разве что практиковаться в некромантии Адель решит на свежем воздухе.
Светлой фее с кучей неприятностей и темному магу, который временно исполнял обязанности ее слуги, было явно не по пути. Но она не знала, к кому обратиться за помощью, а он считал, что должен оказать юной хозяйке услугу за свое спасение и приют. Вот так Аделаида Ванн Грэниус и согласилась на участие в тайной игре волшебников, предложенное ей Ниром. Да только азартные игры, как известно, затягивают, а неискушенные феи совсем не умеют сопротивляться соблазну, особенно когда на кону стоит личная...