... и не важно, в какой степени ты безумный, если при этом ты ещё и просто милый человек. Люди тебя простят.
Мне нравиться кормить людей. Это очень простой способ сделать их счастливыми, и я получаю искреннее удовольствие от того, что сразу же вижу их радость и буквально ощущаю их наслаждение.
Еда все исправляет. Ну, во всяком случае хорошая еда - точно.
Когда ты любишь, то стараешься стать лучше.
— И тогда мы сможем наконец-то помочь бедным дарийцам скинуть гнет тирана! Освободить народ от императора Дэмониона! Показать дарийцам не словом, а делом, что на свете есть демократия!
Голос Боро звучал настолько громогласно и убежденно-пафосно, что Иоанн не выдержал, скептически усмехнулся. Видимо, Верховная Земного Альянса забыла, что выступает не перед толпой землян с их уже давно промытыми агиткой мозгами, а перед таким же правителем, который прекрасно понимает, как на самом деле обстоят дела во вселенной.
— Демократия, — чуть слышно произнес Иоанн.
— Деньги и власть не всегда приносят счастье, — внезапно подключается к разговору задумчивый Эван, который обычно не встревает в наши с братом споры.
Мы с Анигаем переглядываемся и тут же прыскаем от смеха. Мальчишка-альтаирец, похоже, совсем не знает жизни! Это дары-то не приносят счастья?! Какая глупая глупость!
Надо же! Оказывается, правду говорят, что материнское сердце — еще те потемки. Даже в самом темном иной раз находится проблеск любви.
Смотрю на брата и ругаюсь про себя, на чем свет стоит. Я уже почти ушла. Почти стала свободна. Почти счастлива…
Почти.
Но как быть свободной и счастливой, зная, что цена этому — жизнь хоть и несносного, но родного тебе человека?
Ирония: лишь здесь, на мрачной, вечно холодной, но обуреваемой страстями планете, я впервые почувствовал себя по-настоящему свободным и живым. Враждебный Дарий подарил мне то, что не мог дать родной Альтаир. Любовь, которая согревала меня все эти годы в промёрзлом Катаре.
Издалека живописное, но при ближайшем рассмотрении жуткое место, если честно. Не хотела бы я оказаться в его чаще. Не замерзнешь от холода, так съедят драги. Не съедят драги, так умрешь от обезвоживания. Не загнешься от нехватки воды, так заводят-заблудят мерцающие огоньки, которые издревле заманивают путников в глубь чащи. А то и того хуже — наткнешься на отголоски. Тогда и вовсе пиши пропало. Быстро сведут с ума. В общем, как ни крути, но Сумрачный лес, пожалуй, самое жуткое местечко на Дарии.