- Ты помнишь, я в своё время весьма доходчиво объяснил - не следует держать пост сугубо ради понтов. Куда там. Среди новых самаритян пост бешено популярен, поскольку считается: не вкушая чикен наггетс шесть недель, ты автоматически приравниваешь себя к святым угодникам. Можно прелюбодействовать, убивать, воровать, но стоит сорок дней посвятить благим грибкам, а не омерзительному свиному эскалопу, - и я, разумеется, всё прощаю. Хм, это было бы полбеды. Отдельные личности обходят пост, словно в напёрстки со мной играют. Нельзя до Пасхи предаваться плотской любви? Ничего, традиционным способом нельзя: да, запрещено. Зато другими методами можно.
- Какими?
- Пётр, я даже озвучивать не хочу.
О, как просто и мило было раньше, суть мелочи жизни. Небольшой городок охвачен эпидемией мужеложства? Пролил на него огонь и серу и ушёл на законный обеденный перерыв. Здесь же натурально не знаешь, куда деваться. Певцы и лицедеи движущихся картин по всему миру – сплошные Содом и Гоморра, и первым делом мне следует обрушить море огня на «Евровидение». А уж чего сделать с Сан-Франциско, где мужеложцев и женеложиц (или как они там называются) поболее миллиона, я понятия не имею: столько энергии понадобится, что счёт за электричество придёт фантастический.
Когда приказывать некому, цари обращаются в ничтожество.
Вообще интэресно. Гитлер был неудавшимся художником, я – поэтом. Народы должны опасаться личностей гуманитарных профэссий: внутри их голов бродит сумасшэствие, способное вырваться наружу, фонтанируя пеной, как шампанское.
Двадцать первый век уничтожил такое явление, как сочувствие, одарив человеческий организм двумя кнопками - "выпить" и "потрахаться"...
Случись понтам светиться – именно в Москву, а не в Питер, приезжали бы туристы на белые ночи.
Читать непопулярно, так развлекаются лохи. Если кликнул по ссылке - уже гений, ну а проштудировать короткую статью в Википэдии приравнивается к высшему образованию.
"познать любовь и страсть поклонниц нам здесь, увы, не суждено... Среди говна мы все поэты, среди поэтов мы говно".
Население современных городов пугается всего, что съедобно. Сахар нельзя, мясо нельзя, пиво нельзя, хлеб нельзя (это хлеб-то, на котором их предки сызмальства выживали!), пить можно только воду талых ледников. Удивительно, как бедолаги вообще ещё живы. Питайся люди в раннее Средневековье пророщенными бобами и обезжиренным мороженым, целые государства вымерли бы без нашествия гуннов.
Человек устроен довольно примитивно. Любовь, деньги и слава – вот все, что ему нужно. Картины писать или, скажем, фильмы снимать – талант нужен. А для того чтобы убить, и ножа довольно, который в любом хозяйственном магазине продается. Порезал человек десять – вот тебе и слава! А если прикрыл лицо жертвы красным носовым платком или синий чулок оставил на шее – вагон славы. Главное, чтобы поярче, запоминалось чтобы. Первые полосы газет и топовая новость в Инете обеспечены, пока не посадят. Да и то: можно ведь мемуары писать, жизнь, она длинная.