Мои цитаты из книг
Я подумал, что настоятельная потребность отыскать её, словно она была утраченной частью меня самого, больше похожа не на любовь, а скорее на некое умопомрачение, слабость, которую необходимо изжить, вместо того, чтобы позволять ей властвовать над собой.
«Лед» (1967) — главный роман британской писательницы Анны Каван, которую при жизни сравнивали с Вирджинией Вульф и называли сестрой Кафки. Критики считают Каван основоположницей жанра slipstream («завихрение») — литературы фантазийного воображения, где причинно-следственные связи держатся на волоске, а обостренные до предела чувства несравнимо важнее логики. В ее романах вполне реалистичное изображение вдруг подергивается рябью, и из глубины подсознания всплывают на поверхность неожиданные...
Спасти её могла только любовь. Но она никогда не искала любви.
«Лед» (1967) — главный роман британской писательницы Анны Каван, которую при жизни сравнивали с Вирджинией Вульф и называли сестрой Кафки. Критики считают Каван основоположницей жанра slipstream («завихрение») — литературы фантазийного воображения, где причинно-следственные связи держатся на волоске, а обостренные до предела чувства несравнимо важнее логики. В ее романах вполне реалистичное изображение вдруг подергивается рябью, и из глубины подсознания всплывают на поверхность неожиданные...
Я потерялся, смеркалось, я был за рулём уже много часов, и бензин был на исходе.
«Лед» (1967) — главный роман британской писательницы Анны Каван, которую при жизни сравнивали с Вирджинией Вульф и называли сестрой Кафки. Критики считают Каван основоположницей жанра slipstream («завихрение») — литературы фантазийного воображения, где причинно-следственные связи держатся на волоске, а обостренные до предела чувства несравнимо важнее логики. В ее романах вполне реалистичное изображение вдруг подергивается рябью, и из глубины подсознания всплывают на поверхность неожиданные...
Врач — это тот, кто может смотреть в глаза и одним своим видом лечить.
В один день весь мир поставили на «паузу», и мы все оказались героями фильма про жизнь после разрушения. Мы были заперты в своих квартирах, домах, в самих себе. И пока мы боролись с новым распорядком, были те, кто боролся за жизни, те, кто во время пандемии продолжал делать свою работу: врачи, медсестры, волонтеры. Они стесняются называть себя героями, но только их глаза, которые было видно из-под масок, дарили надежду. Эта книга – лакмусовая бумажка на непростом для всех этапе жизни. Здесь...
Чтобы быть единым целым, одной командой, надо доверять друг другу, верить в то, что делаешь, и понимать свою работу.
В один день весь мир поставили на «паузу», и мы все оказались героями фильма про жизнь после разрушения. Мы были заперты в своих квартирах, домах, в самих себе. И пока мы боролись с новым распорядком, были те, кто боролся за жизни, те, кто во время пандемии продолжал делать свою работу: врачи, медсестры, волонтеры. Они стесняются называть себя героями, но только их глаза, которые было видно из-под масок, дарили надежду. Эта книга – лакмусовая бумажка на непростом для всех этапе жизни. Здесь...
Самая страшная эпидемия — это страхи, которые есть в людях, и они распространяются. И реально губят.
В один день весь мир поставили на «паузу», и мы все оказались героями фильма про жизнь после разрушения. Мы были заперты в своих квартирах, домах, в самих себе. И пока мы боролись с новым распорядком, были те, кто боролся за жизни, те, кто во время пандемии продолжал делать свою работу: врачи, медсестры, волонтеры. Они стесняются называть себя героями, но только их глаза, которые было видно из-под масок, дарили надежду. Эта книга – лакмусовая бумажка на непростом для всех этапе жизни. Здесь...
Счастье — это не когда у меня всё хорошо, а всегда соучастие в жизни человека, которому ты помогаешь, ради которого жертвуешь и обретаешь себя в его судьбе.
В один день весь мир поставили на «паузу», и мы все оказались героями фильма про жизнь после разрушения. Мы были заперты в своих квартирах, домах, в самих себе. И пока мы боролись с новым распорядком, были те, кто боролся за жизни, те, кто во время пандемии продолжал делать свою работу: врачи, медсестры, волонтеры. Они стесняются называть себя героями, но только их глаза, которые было видно из-под масок, дарили надежду. Эта книга – лакмусовая бумажка на непростом для всех этапе жизни. Здесь...
Об этом надо задуматься всему миру. Почему мы тратим на оружие, которое призвано убивать, больше, чем на медицину, то есть на то, что призвано спасать жизни? О каком будущем мы можем говорить, когда дела обстоят так.
В один день весь мир поставили на «паузу», и мы все оказались героями фильма про жизнь после разрушения. Мы были заперты в своих квартирах, домах, в самих себе. И пока мы боролись с новым распорядком, были те, кто боролся за жизни, те, кто во время пандемии продолжал делать свою работу: врачи, медсестры, волонтеры. Они стесняются называть себя героями, но только их глаза, которые было видно из-под масок, дарили надежду. Эта книга – лакмусовая бумажка на непростом для всех этапе жизни. Здесь...
Если и есть какой-то заветный ключ к счастью, то он в том, чтобы познать самого себя, свое истинное "я", понять, кто ты и что собой представляешь. Ощущение счастья напрямую завязано с широтой и богатством внутреннего мира. Чем внутренний мир скуднее, тем больше он обречён на зависимость от внешних условий.
В один день весь мир поставили на «паузу», и мы все оказались героями фильма про жизнь после разрушения. Мы были заперты в своих квартирах, домах, в самих себе. И пока мы боролись с новым распорядком, были те, кто боролся за жизни, те, кто во время пандемии продолжал делать свою работу: врачи, медсестры, волонтеры. Они стесняются называть себя героями, но только их глаза, которые было видно из-под масок, дарили надежду. Эта книга – лакмусовая бумажка на непростом для всех этапе жизни. Здесь...
Способность мыслить и чувствовать — главное богатство, которое есть у человека.
В один день весь мир поставили на «паузу», и мы все оказались героями фильма про жизнь после разрушения. Мы были заперты в своих квартирах, домах, в самих себе. И пока мы боролись с новым распорядком, были те, кто боролся за жизни, те, кто во время пандемии продолжал делать свою работу: врачи, медсестры, волонтеры. Они стесняются называть себя героями, но только их глаза, которые было видно из-под масок, дарили надежду. Эта книга – лакмусовая бумажка на непростом для всех этапе жизни. Здесь...