Ольга

— Илья, я буду тебе очень признателен, если ты будешь ехать быстрее! — кричу на своего водителя, а в голове пульсирует только одна мысль «Лишь бы Яна меня простила, ведь не может быть все зря. Лишь бы только простила, я готов отдать все, что у меня есть, только бы она меня простила». Самые страшные палачи в жизни человека это память, время и совесть. Потому что моя память подкидывает нашу последнюю сцену с Яной в которой я нещадно бил ее словами: — А ты уверена что ребенок мой? Что если я...

Я так ждала встречи с новым главой отделения. А он… — Вы никогда не станете хорошим хирургом, — его губы кривятся, голос холоден. Сжимаю кулаки. — Эти ваши женские заморочки, — он небрежно жестикулирует, — здесь не пройдут! Хирургу нужны железные нервы и крепкая рука! — Как вы смеете?! — сорвавшись, подскакиваю ближе, шиплю ему прямо в лицо. Мы оказываемся непозволительно близко. Дышим одним и тем же воздухом. В его глазах вдруг что-то вспыхивает — зрачок расширяется, я вижу своё отражение, и...

- Закрой дверь! А я стою, как истукан, и пялюсь туда, куда мне точно не стоит пялиться. Косые мышцы его живота, которые оголились, когда он подошел к столу, чтобы… Ох! Как это все неуместно. Так же неуместно, как чувства, которые пробуждаются внутри, стоит лишь бросить на него взгляд. На него. Моего босса. Отца моего парня. - Полинка, пойдем, я тебя чаем напою. - Он там с этой шваброй, да?! Опять со шваброй?? Я не знаю, что сказать его дочери, чтоб её успокоить. Ведь да, он с...

— Вы любите детей? — он бросает на меня строгий взгляд из-под нахмуренных бровей. Мне хочется закатить глаза. — Обожаю, — отвечаю уверенно. Не то чтобы я приукрашиваю… Если только совсем чуть-чуть. — Давайте поступим так. Я предлагаю вам работу… Я расплываюсь в улыбке. Неужели получилось? — …няней моего сына, — договаривает он. Улыбка сползает так же быстро, как появилась. — Вообще-то, я на вакансию секретаря пришла, и… — Другой работы у меня для вас нет. Вы согласны на должность няни? ...

— Знакомьтесь Илья Валентинович, ваша новая подчиненная, Красавина Ольга Валерьевна, — оповещает главный врач моего нового шефа. — Не обижать и во всем помогать. — Ты? — шипит удивленно, сведя брови к переносице, когда мы остаемся одни. — Я, — гордо задрав подбородок, отвечаю ему. *** Я была полноватой студенткой и носила очки, а он считал меня неудачницей и сказал однажды, что медицина не для меня. А вчера в клубе он меня не узнал и жадно пожирал глазами, еще не зная, что будет...

— Основное условие, — жёстко говорит он, — никаких взглядов в мою сторону! Прикусываю язык, чтобы не сказать, что я думаю о нём и его условиях, и молча киваю.  — Вы будете оказывать моей матери медицинскую помощь, следить, чтобы она вовремя принимала лекарства, выполнять поручения и выслушивать жалобы на то, какой я ужасный сын. Вопросы? * * * Его мать почти ослепла и не узнает девушку, которую выставила из квартиры семь лет назад. Вот только почему он не узнаёт меня? Или предпочитает...

Я влюбилась в него еще в восемнадцать, а он предложил стать друзьями. После одной ночи я оборвала все связи. Теперь у меня есть моя Мия. А он вернулся. Зачем?

Раздался шум в коридоре. Пришел муж. Лана не выходила, она легла на диван, обняв малыша. Сергей тихо появился в комнате. Положил документы на стол. А потом молча стал складывать в пакет какие-то вещи. — Я пока поживу в другом месте, — глухо проговорил он, не глядя в глаза. В душе у Ланы все замерло.

– График ненормированный, зарплата высокая. А ночью будешь обслуживать меня. – Ваше предложение мне не подходит, – цежу я. – Я умею продавить свое решение. Хочешь на себе прочувствовать, как я это делаю? Иди, Варвара. Подумай и оцени мое предложение. Можешь попробовать что-то выторговать себе. Только не наглей. Отказ не принимается. *** Воронцов указал на меня: «Эту!», и все. Его не переубедить. Хозяин жизни. Он не оставляет мне выхода. Отказ не принимается.

— Мой руки и садись за стол, Вить, а то всё остынет, — говорю я мужу, торопливо доставая бокалы из кухонного шкафчика. — Нам нужно развестись. Что он сказал?.. — У тебя другая? — шепчу я, с трудом ворочая языком, который, кажется, присох к нёбу, и вдруг до меня доходит: — Вера?.. — Дело не в твоей племяннице, а в тебе! Ты не ценишь меня. Воспринимаешь всё как должное. Вместо того, чтобы искать виноватых, поучилась бы лучше у Верочки! *** Муж ушел к моей молоденькой...