Мои цитаты из книг
... женщину, решившую устроить генеральную уборку и переставить мебель нельзя... остановить в своём стремлении причинить всем чистоту и порядок.
Эксклюзивно Удирая от навязанного брака, я схватилась за первую попавшуюся работу. Так торопилась, что даже толком не выяснила, кто мой наниматель. Любая работа была лучше, чем силком натянутое свадебное платье! И вот теперь я на отшибе цивилизации в мрачном замке самого мрачного типа империи работаю его личной помощницей. Что входит в мои обязанности? Нууу… ворох бумаг, древний замок, его странные обитатели и мужчина, обладающий самой разрушительной магией мира. Ваше Злодейшество,...
Даже безвыходные ситуации имеют свойство заканчиваться.
Говорят, первая любовь несчастливая. Я не верила в это, пока не убедилась на личном опыте.
Вместо обещанной свадьбы жених уготовил мне постыдную роль наложницы. А его мать хотела отнять самое ценное - возможность иметь детей.
Мне оставалось только одно - бежать.
Но где скрыться беззащитной девушке, если каждая пядь земли принадлежит принцу?
Только один человек готов предложить мне свою защиту, но просит за это высокую цену – мою свободу и полное подчинение его воле.
... есть вещи, которые не излечить деньгами.
Говорят, первая любовь несчастливая. Я не верила в это, пока не убедилась на личном опыте.
Вместо обещанной свадьбы жених уготовил мне постыдную роль наложницы. А его мать хотела отнять самое ценное - возможность иметь детей.
Мне оставалось только одно - бежать.
Но где скрыться беззащитной девушке, если каждая пядь земли принадлежит принцу?
Только один человек готов предложить мне свою защиту, но просит за это высокую цену – мою свободу и полное подчинение его воле.
... проще всего победить в перепалке – не вступать в неё.
Я умер уважаемым профессором антропологии, а проснулся в теле безымянного юнца посреди тундровой степи, окружённого пещерными гиенами. Вокруг — суровый первобытный мир последнего ледникового периода. А в моей голове — вся будущая история человечества: его прорывы, его тупики. Но какими бы знаниями я ни обладал, здесь правят копьё и инстинкт. И чтобы меня услышали, я должен сначала заслужить место у костра. И лишь тогда я смогу начать свою настоящую работу: шаг за шагом, незаметно для...
Сильный человек – это не тот, кто боится крови, а тот, кто способен понять свою обязанность, пусть она и требует решительности, которую слабый назвал бы жестокостью.
Я умер уважаемым профессором антропологии, а проснулся в теле безымянного юнца посреди тундровой степи, окружённого пещерными гиенами. Вокруг — суровый первобытный мир последнего ледникового периода. А в моей голове — вся будущая история человечества: его прорывы, его тупики. Но какими бы знаниями я ни обладал, здесь правят копьё и инстинкт. И чтобы меня услышали, я должен сначала заслужить место у костра. И лишь тогда я смогу начать свою настоящую работу: шаг за шагом, незаметно для...
Человек по природе своей – существо очень ленивое.
Я умер уважаемым профессором антропологии, а проснулся в теле безымянного юнца посреди тундровой степи, окружённого пещерными гиенами. Вокруг — суровый первобытный мир последнего ледникового периода. А в моей голове — вся будущая история человечества: его прорывы, его тупики. Но какими бы знаниями я ни обладал, здесь правят копьё и инстинкт. И чтобы меня услышали, я должен сначала заслужить место у костра. И лишь тогда я смогу начать свою настоящую работу: шаг за шагом, незаметно для...
... змея может скрываться за самым удобным камнем.
Я умер уважаемым профессором антропологии, а проснулся в теле безымянного юнца посреди тундровой степи, окружённого пещерными гиенами. Вокруг — суровый первобытный мир последнего ледникового периода. А в моей голове — вся будущая история человечества: его прорывы, его тупики. Но какими бы знаниями я ни обладал, здесь правят копьё и инстинкт. И чтобы меня услышали, я должен сначала заслужить место у костра. И лишь тогда я смогу начать свою настоящую работу: шаг за шагом, незаметно для...
Иногда, нужно просто хорошенько поплакать, особенно женщинам. После этого всегда становится легче.
Я умер уважаемым профессором антропологии, а проснулся в теле безымянного юнца посреди тундровой степи, окружённого пещерными гиенами. Вокруг — суровый первобытный мир последнего ледникового периода. А в моей голове — вся будущая история человечества: его прорывы, его тупики. Но какими бы знаниями я ни обладал, здесь правят копьё и инстинкт. И чтобы меня услышали, я должен сначала заслужить место у костра. И лишь тогда я смогу начать свою настоящую работу: шаг за шагом, незаметно для...
... каждый закат непременно приведёт к рассвету.
Я умер уважаемым профессором антропологии, а проснулся в теле безымянного юнца посреди тундровой степи, окружённого пещерными гиенами. Вокруг — суровый первобытный мир последнего ледникового периода. А в моей голове — вся будущая история человечества: его прорывы, его тупики. Но какими бы знаниями я ни обладал, здесь правят копьё и инстинкт. И чтобы меня услышали, я должен сначала заслужить место у костра. И лишь тогда я смогу начать свою настоящую работу: шаг за шагом, незаметно для...
В момент, когда сознаёшь, что выхода нет, – вдруг наступает неожиданная ясность мысли.
Я умер уважаемым профессором антропологии, а проснулся в теле безымянного юнца посреди тундровой степи, окружённого пещерными гиенами. Вокруг — суровый первобытный мир последнего ледникового периода. А в моей голове — вся будущая история человечества: его прорывы, его тупики. Но какими бы знаниями я ни обладал, здесь правят копьё и инстинкт. И чтобы меня услышали, я должен сначала заслужить место у костра. И лишь тогда я смогу начать свою настоящую работу: шаг за шагом, незаметно для...