Ведь всякие коучи по построению отношений учат, что мужчины тянутся лишь к счастливым женщинам. А что делать всем остальным — опаленным, с оторванными крыльями и кровоточащей душой? Что делать нам, если мы всё еще хотим любить, но уже так боимся верить? Притворяться вечным фестивалем и дрожать, что, если тебя увидят настоящую, то тут же бросят, потому что ты не нужна такая, поломанная?
- Иногда я себя чувствую диспетчером авиаперелётов. Только вот самолёты — это мои дети, которые вечно летят в разные стороны и ждут, что я их приземлю в нужное место.
Я смеюсь. Это лучшее описание материнства, которое я только слышала! Я бы лучше и не подобрала.
— Тайны иногда защищают не только того, кто их хранит, но и тех, кто находится рядом.
Мелькает дурацкая мысль, что вот сейчас, в эту самую минуту, такую дуру, как я, можно запросто ограбить, прикончить или живьём продать на органы. Можно добавить: банально изнасиловать, – и это, при всём, выглядит безобиднейшим из ранее перечисленных вариантов.
Очень надеюсь, что ничего подобного не случится. Бог любит идиотов! А за последние три года я совершила столько идиотских поступков, что мама не горюй!
Как известно, мужчины это те мальчики, что выжили в детстве.
Сколько приятелей распяло на каблуке, когда они обзавелись неадекватными подругами! Сперва отсекались друзья, способные открыть глаза на происходящее, потом — родственники и даже родители. И вот остается у счастливца одна радость — любимая паучиха, замотавшая его в кокон. Где появляется любовь, там исчезает здравый смысл.
Слышал где-то, что нам посылают только посильные испытания. Ой ли? Откуда тогда столько сломленных людей?
Нельзя прощать предательство. И терпеть его нельзя рядом с собой, потому что однажды ты, такая сильная сейчас, упадешь на колени. И понадобится тебе чья-то рука, чтобы опереться, чтобы встать, а вместо этого тебя ударят в спину. Жестоко. По-подлому, когда ты не будешь этого ждать.
Предавший один раз — предаст каждый раз. И ты просто не поднимешься, и утянешь за собой тех, кого любишь, кто может рассчитывать только на тебя.
Доктор поворачивал банку, влюбленными глазами глядя на медведку. Та смотрела на доктора с подозрением. Ходят тут всякие… с которыми гнезда не построишь!
Последовал черед рисования – мой единственный шедевр красовался на стене отцовского кабинета в академии. Он говорит, что картина прекрасно развязывает языки всем упорным, особенно если объяснить, что это портрет лучшего отца в мире от любящей дочурки. Что-то вроде, что если родное и любимое дитя видит его таким чудовищем, то остальным лучше вообще не связываться.