Выбор веревки – штука серьезная, мало ли для чего молодцу понадобилась? Девку упрямую связать или счеты с жизнью свести. Тут с советами, пока не обратились, лучше не встревать.
Если с тобой происходит какая-то непонятная ерунда и ты ничегошеньки с этим не можешь поделать, остается только орать.
Светка в мистической и магической белиберде почти не разбиралась. Совсем не разбираться, к сожалению, не получалось. С таким-то братом!
– И-и-и-и! – завизжала Светка с такой силой, что, казалось, завибрировали воздух и камни, а костяшки рассыпались в прах.
– Ух ты, я поначалу думал, что у тебя вопль зубодробительный, а он, оказывается, еще и кости в пыль разносит! – восторженно выдал Дениска.
– Если только вы успели обзавестись потомством? – Дядюшка вопросительно изогнул бровь.
– Не, как-то не до того было – сначала детство, потом учеба, потом работа, едва на развлечения время находили, куда уж в такой плотный график еще и родных детей втиснуть? – посетовал Дениска
В Лоуленде вместо предсказанного и клятвенно обещанного магами-синоптиками умеренно теплого, бархатного лета стояла адская, словно сбежавшая из какого-нибудь пустынного измерения демонов, жара.
Мелиор приготовил в это путешествие свои лучшие новые туалеты, но носить их после безумного герцога было делом немыслимым! Лучше сжечь, чтобы не подхватить бешенство.
- Выход есть всегда. - Знать бы еще, в какой он стороне и как выглядит!
Но тут Элия запнулась на слове, помолчала секунд десять и нехотя (а кому приятно признавать собственные ошибки) протянула: – Беру свои слова назад, брат!
– Ты решила взяться за готовку? – несказанно удивился Джей и жалобно запричитал, бухнувшись перед сестрой на колени: – А может, все-таки не надо, милая, я еще хочу хоть немного пожить. Пощади! Я буду хорошим мальчиком, стану слушаться папу, регулярно наносить визиты леди-матери, мыть руки после туалета, есть по утрам манную кашу с комочками и морскую редиску!
– Что ж, где останки Регъюла, известно, значит, нам нужно в морг.
– Вот так сразу и всем? – жалобно заморгав, заволновался Рик.
– Да! – безапелляционно ответила несгибаемая богиня.
– Может, нам можно еще немного, эдак десяток-другой тысячелетий, пожить? – тактично и робко поинтересовался Джей, сдерживая смешок.
– Ни в коем случае! Я сказала в морг, значит, в морг, – отрезала принцесса, отвечая на надоевшие шутки братьев словами из старого как мир анекдота.
– Хорошо. Приказывай, о великая и ужасная богиня, мы повинуемся! – послушно кивнули принцы и коварно прибавили: – За тобой мы последуем куда угодно!
– Если даже не случайность, мы сыграем роль приманки и все выясним, – завелся принц. – И вообще, у каждого свои способы добывания наличности. А ты лишаешь меня средств к существованию!!!
– Ничего, утянешь пару бумажников и с голоду не помрешь. В крайнем случае мы всегда подадим тебе корочку хлеба, с дальнейшей оплатой по возвращении на родину и под проценты, – «успокоила» Джея принцесса.
Принцесса задрала голову и оглядела замысловатое переплетение ветвей. – Вон та развилка вполне подойдет.
Рик и Джей проворными белками наперегонки забрались на дерево, и закипела работа. Через три минуты выбранная богиней палка уже оказалась спилена, освобождена от листвы и передана лично в руки заказчицы с придворными поклонами.
– Что дальше? – встрял Элегор, начиная немного скучать, никаких опасностей и интригующих приключений не случалось, никто не пытался напасть или даже просто вытурить их из парка. – Пойдем охотиться на медведей-лилипутов?
На месте памятника закружился сильнейший пестрый торнадо энергий, подхвативший куртки богов, камни, памятник Э. Джойсину, спящего Оскара Хоу, пустой пакетик из-под чипсов, выпавший из кармана Кэлера, а потом все стихло.
– О, демоны, – обиженно завопил Джей, вскакивая на ноги и потрясая кулаком вслед исчезнувшей куртке. Приплясывая на месте и потирая плечо, в которое врезался камень покрупнее, он закричал: – Мои денежки! Оно украло мои денежки!
Сквозь сон богиня ощутила, как кто-то прикоснулся к ее ноге. Какая-то наглая личность бесцеремонно щекотала ей пятку. Почти проснувшись, Элия отбрыкнулась еще разок и угодила во что-то сравнительно мягкое и живое.
– Королева моя дорогая, я убит наповал, – весьма правдоподобно изображая болезненные корчи, запричитал Рэт Грей – ее старый друг и любовник, коему было великодушно дозволено переночевать в спальне принцессы. Паясничая, он жалобно простонал: – Твоя царственная конечность пробила мой живот. Как думаешь, его величество оплатит больничный?
– Нет! Никаких компенсаций за травмы, полученные при попытке нанести вред члену королевской семьи! – мстительно заявила богиня и, перекатившись на другой бок, пробудилась в достаточной мере для того, чтобы насмешливо предложить: – Попробуй выставить счет Мэссленду. Вдруг король Млэдиор сочтет возможным спонсировать твою террористическую деятельность?
– Что привело вас сюда в темный час ночи, дети Лимбера? – вкрадчиво осведомился Источник, первым не выдержав психологического давления.
– Муки совести, – с ходу брякнул Джей.
Источник, шокированный столь странным заявлением (откуда это у Джея и Рика взялась совесть?), замерцал, заискрился рубиново-бурым и временно утратил дар речи.
Лорд Нрэн, поджав ноги, сидел на большом плоском камне у тихих вод чистого озера. Рядом с ним, на соседнем камне, стояла бронзовая курильница в виде птицы, и из нее вился легкий ароматный дымок, приятно щекоча ноздри и настраивая бога на философский лад. В руке воитель держал не меч (тот висел на перевязи), а нитку янтарных бусин, которые задумчиво перебирал, отрешившись от всего суетного и мирского. Неподвижная гладь водного зеркала отражала его спокойный, похожий на маску лик и клонившиеся к воде нежные ветви кираи – кудрявой ветлы.
Внезапно небеса разверзлись, и из них прямо к ногам Нрэна в прибрежную заводь рухнул герцог Лиенский, обдав воина фонтаном брызг и затушив курильницу. Лорд аккуратно стер с лица воду рукой, нахмурился и одарил небо суровым взглядом, в котором явственно читался вопрос: «За что?»
Небо виновато промолчало.
"Демоны побери, кто мне устроил сегодня такую пакость?! - Уже одетый в свой вечно коричневый камзол, вернее, один из коричневой череды, мрачный, как пара десятков грозовых туч, Нрэн методично мерил шагами свои бесчисленное множество раз измеренные апартаменты. - Найду и убью!"
Мужчина в сердцах стукнул кулаком по дубовому трофейному столику из мира Тинсеро. Столик жалобно скрипнул, треснул и не замедлил развалиться. Лорд рассвирепел еще больше.
Дверь в его покои даже не была заперта, а зачем лишние хлопоты, когда есть дивное охранное заклинание, с переменным эффектом превращающее недоброжелателей в ледяные статуи, живые факелы, кучи навоза и прочие милые безделицы. Правда, доблестная замковая стража прекрасно справлялась со своими обязанностями, и Рику пока не удалось опробовать все возможные варианты действия данного заклятия, но принц оптимистично полагал, что жизнь впереди долгая и врагов ему хватит, в том числе таких, которым удастся-таки добраться до его дверей.
Кем будем завтра - мы не знаем.
Как повернется колесо?
По краю пропасти ступая,
Мы смотрим вечности в лицо.
Каким всевышним повеленьем
Нас снова ветер унесет
Дорогой вёрткой к обновленью
Сквозь вал проблем, несчастий лед...
Зачем преследует нас память
О том, что больше не вернешь?
Но нам нельзя ее оставить -
Домой без веры не дойдешь.
По лабиринту Мирозданья,
На ощупь выбирая путь,
Мы ищем, затаив дыханье,
Свою неведомую суть.
Элия подошла к почти бездыханному телу герцога и потрогала его ногой. Тело рефлекторно попыталось отползти.
- Так что сейчас я занята вопросом о том, что сделать для того, чтобы особо чувствительные мужчины не бросались прочь от одного моего вида.
- Попроси у Энтиора капканы покрупнее, - деловито посоветовал Элтон, промокнув губы салфеткой. - Тогда никто далеко не убежит.
Вот они, мужчины. Говорят о душе, а спешат ублажить плоть. В таком случае возникает важный философско-метафизический вопрос: где у них расположена эта субстанция? Уж не там ли, где и большая часть всего мозга?
"Впрочем, если я не ошибаюсь, скоро ее уже будет пора выдавать замуж. Тринадцать лет – самое подходящее время. Лимбер наверняка подыскал для дочери выгодную партию", – от этой мысли лорду стало совсем плохо, накатила волна слепой, безрассудной ревности и неистовое желание схватиться за меч и убить любого, кто посмотрит на Элию с желанием во взоре. Неподобающие мысли, легко подчинив плоть, с новыми силами пошли на штурм сознания.
"Это какое то наваждение, поглоти меня Мэсслендская бездна! Я извращенец! Что же делать? – и тут лорда осенило: – Надо поскорей отправиться в поход! Подальше отсюда, от нее, от себя. Это должно помочь. Все пройдет, если я не буду ее видеть. Завтра же отдам приказ о начале новой кампании".
- Папа, ты извини, мы нечаянно. Только хотели проверить, долетит ли булыжник до третьего этажа! - Долетел!
– Цветочки!! – Джей демонстративно чихнул и полез в карман за носовым платком.