И война, и любовь безвозвратно меняют душу
Я никогда не пойму, что происходит в голове у подростка.
Нет смысла благодарить бога за одно благословение и проклинать его на следующем вдохе.
Тебе дали всего один шанс собрать отряд, и ты выбрала своего бывшего парня, своего нынешнего парня, главного клоуна квадранта, двух человек, которые пытались убить тебя в прошлом году, причем одна – как раз из-за твоего нынешнего парня, – и как еще назвать Даина? Вот это твой выбор для самой важной миссии, которая только могла достаться всаднику?
«Рад, что наконец кто-то сказал это вслух», – подал голос Тэйрн.
- Я либо влюблен по уши в твоего парня, либо в полном ужасе перед ним, — пробормотал Ридок себе под нос. — Пока не понял.
Иногда единственный способ сохранить то, что тебе нужно-это отпустить то, чего ты хочешь
Трудно любить второй дом так же сильно, как первый.
Дракон без наездника — это трагедия. Наездник без своего дракона — это смерть.
- Куда бы ты не отправилась, я найду тебя всюду, Вайоленс..
- Тогда зачем ты пришел, Ксейден? - Потому что, похоже, не могу быть без тебя.
«Правда редко требует усилий»
Ты не знаешь, будет или не будет. Никто не знает
"Ты яростно защищала самого маленького. А сила мужества важнее физической силы. Раз уж тебе, видимо, нужно знать это до того, как мы приземлимся."
Нет ничего более священного, чем библиотека. Даже храмы можно перестроить, но книги нельзя переписать.
Достаточно одного отчаявшегося поколения, чтобы изменить историю — даже стереть ее.
It’s hard to love a second home as much as the first.
Мы еще даже не поцеловались, а я уже влюбился.
Правильный путь не единственный. Осознай это.
Самые действенные яды таятся в красивых флаконах
— Ты превратила апельсины в оружие, Насилие? Я перехожу в сидячее положение и пожимаю плечами. — Я работала с тем, что у меня было.
A dragon without its rider is a tragedy. A rider without their dragon is dead. —Article One, Section One The Dragon Rider’s Codex
Ложь утешает. Правда ранит
Спасибо, что был моей тенью. Спасибо, что был моим другом.
«Нет ничего более священного, чем библиотека. Даже храмы можно перестроить, но книги нельзя переписать».
Надежда — непостоянная, опасная штука. Она крадет твое внимание и направляет его на возможности, вместо того чтобы держать его там, где оно должно быть— на вероятностях.