– Лазарь, ты ошибся. Комендант советовал тебе найти вдову. Не вдовца!
Артизар нагло ухмыльнулся и задрал нос, решив, что придумал идеальную остроту и я сейчас растеряюсь, оставив последнее слово за ним.
– Есть разница? – вместо этого фальшиво изумился я и с удовольствием понаблюдал, как усмешка сползла с лица щенка, сменившись недоумением. – Я ведь нашел.
– Черт, скажи, что ты пошутил. – Артизар неловко переступил с ноги на ногу.
– Я пошутил, – послушно повторил я.
– Самуил, между прочим, как настоящий благородный рыцарь, спас меня от ужасной толпы! А теперь уже я защищаю его от твоих подозрений – эта задачка посложнее.
В аду нет столько демонов, чтобы хватило всем гадалкам и безутешным мужьям.
Обычно небесным чинам безразлична вся эта возня. Нужно было как минимум написать что-то крайне неприличное на райских вратах, чтобы пернатым захотелось покарать нарушителя лично
– Чем раньше поймешь, что никто, кроме самого себя, тебе не поможет, тем проще будет выжить в нашем мире.
Даже уснув, он продолжал плакать в подушку, не в силах победить своих демонов.
демон, который бегает по городу и спасает бродячих кошек? Увольте. Я скорее поверю в архангела Михаэля – завсегдатая берденских трактиров.
– В детях нет зла, они пока не понимают тяжесть лжи и боли.
– Выкладывай, ты действительно затеял драку, чтобы заработать мое одобрение?
– Ты же любишь подраться…
– А еще выпивку и потаскух. Следует ли из этого, что в бордель мы пойдем вместе и там возьмем одну женщину на двоих?
Бессмысленно винить ребенка в грехе матери. Мне вообще кажется странным, что весь род человеческий отвечает за ошибку одной глупой женщины.
Ты совсем как бабушка! – заявил он мне. – Она тоже вечно пугает! Смерть обещает. И что больно будет.
Не хотелось расстраивать мальца, но бабушка права: чем дольше живешь, тем больнее и ближе смерть.
– Знаете, почему я не ношу оружия? – Я оскалился и хрустнул суставами.
Те переглянулись.
– Я забираю его в бою.
На такой случай молитв я не знал. Поэтому мысленно орал матом.
Слышал, в ученом сообществе последнее время появилось мнение о вреде алкоголя и даже – какое святотатство! – зазвучали предложения об ограничении его продажи. Я считал, что лучше запретить, как в старые добрые времена, самих ученых.