Няня для мертвого наследника дракона

Элина Маррен приезжает в Ранвель, когда у неё остаётся выбор между комнатой без мяса и работой, о которой не спрашивают. Доктор Фальк предлагает жалованье в четыре раза выше обычного, но требует молчания: не называть имя ребёнка за стенами поместья, не рассказывать о семье, не совершать самостоятельных поездок. Она соглашается услышать условия и через два дня дороги впервые видит Тарна вблизи — темно-бронзового дракона, от движения которого дрожит стекло в экипаже. Лорд Роэн Арден встречает её у площадки без парадных украшений, и первое, что он говорит о сыне, — это запрет на западную террасу.

Элина умеет держать язык за зубами и умеет вмешиваться, когда ребёнку больно. Прежний хозяин уволил её за то, что она не смолчала, когда наследника били линейкой. Теперь она должна различать, когда говорить, а когда молчать, — и понимает, что в доме Арденов эта граница проходит не там, где ей удобно. Теон шесть лет, он умный, упрямый и привык, что взрослые уходят. Он не знает названия ближайшей деревни, не выбирал игрушки в лавке, не играет с другими детьми. Его окна запираются снаружи, а на семейном кладбище стоит плита с его именем и датой смерти пятилетней давности.

Элина остаётся, соглашаясь с условием молчания, но не перестаёт спрашивать. Она требует ключ от окон, расширяет прогулки до северного ручья, торгуется за два охранника вместо одного. Роэн отвечает усталостью тех, кто пять лет назад похоронил жену и в тот же день отбивал годовалого сына от похитителей. Угроза не исчезла, он знает это кожей, но не называет имён. Элина понимает, что он защищает ребёнка от врага, которого не видит, в доме, где любая новая связь — риск, а любой разговор — потенциальная смерть.