Цитаты из книги «В финале Джон умрет» Дэвид Вонг

22 Добавить
«Есть двери открытые и закрытые» — говорил один великий рок-музыкант, большой мастер открывать закрытые двери, жизнью поплатившийся за свое искусство. Прошли десятилетия, — а молодые парни так и не усвоили урока. Их по-прежнему тянет поиграть в расширение сознания — и хоть краешком глаза заглянуть… ТУДА, за закрытые двери в иные миры. Заказывали? Получите. Дейв и Джон зашли чуть дальше, чем собирались. Закрытые двери ОТКРЫЛИСЬ. И полезло из них такое, что самому опытному «королю ужасов» в...
semen добавила цитату из книги «В финале Джон умрет» 1 год назад
Правда, сначала мне пришлось пригрозить им, сказать, что я их изобью, но они присоединились ко мне по доброй воле.
- Прощай, Молли, - пробормотал я. - Из всех собак, которых я знал, ты лучше всех водила машину.
Ученые говорят, что есть темная материя — невидимое загадочное вещество, которое заполняет пространство между звездами. Темная материя составляет 99,99% Вселенной, и ученые не знают, что это такое. А я знаю. Это апатия. Вот она, истина: сложите наши знания о Вселенной и все, что нам небезразлично, и получится крошечная искорка в огромном черном океане пофигизма.
Джон расстегнул сумку и вытащил изготовленное им самим оружие — бейсбольную биту, к которой изолентой прикрепил Библию.
Люди смертны.
С момента нашего рождения мир отчаянно пытается скрыть от нас этот факт. Вы уже давно выяснили все про секс и Санта Клауса, но по-прежнему верите, что в последнюю минуту вас спасут, а если нет, то ваша смерть по крайней мере будет не напрасной, что кто-то будет держать вас за руку, кто-то вас оплачет.
Общество устроено таким образом, чтобы поддерживать эту ложь; весь мир - огромный шумный кукольный спектакль, который должен отвлечь нас от того факта, что мы все умрем и скорее всего в одиночестве.
Добро пожаловать в мир уродов, Дейв. Скоро ты заведешь себе страницу в интернете, где станешь писать обо всем на свете — одним огромным абзацем.
Это было похоже на смерть.
Мой пенис похож на ребенка. И этот ребенок — совершенно нормального роста для своего возраста — отправился в дальний путь, чтобы попасть в «Диснейленд». Пенис возбужден, ведь он уже давно не был в «Диснейленде», но портит, что раньше ходил туда каждый день. И поэтому сейчас член-ребенок постоянно дергается и ноет: «Мы уже приехали? Приехали? А сейчас? А сейчас? Может… сейчас?»
Но «Диснейленда» нигде не видно.
Несколько сотен слизняков заползли на лист фанеры и сложились в послание. По-моему, оно прибыло напрямую от этого самого Коррока: «ВЫ АБРЕЧЕНЫ».
Орфография его, не моя.
Вокруг грузовика стояли люди, державшие в руках что-то похожее на винтовки. Джон немедленно выключил фары. Затем ему пришло в голову, что кто-то мог заметить, что свет фар внезапно погас, и поэтому мой друг включил их. Потом Джону показалось, что двое из этих людей повернулись в его сторону, и быстро выключил фары. Он сообразил, что не заметить мигание фар почти невозможно; более того, все люди с винтовками, кажется, смотрели вверх, на него. Они бы погнались за ним или изрешетили бы его ветровое стекло — но в этот момент из леса выехала горилла на огромном крабе и съела двоих.
Нет, вы не ослышались.
Призраки селятся не в старых домах, не на кораблях, а в голове.
— Почему ты ненавидишь себя? — спросила Эми.
— Если бы на свете жил другой человек, во всем похожий на меня, я ненавидел бы его с такой же силой. Так к чему двойные стандарты?
...писательский труд как хобби гораздо интереснее алкоголизма
От того, что воскресло из мертвых, добра не жди — это я почерпнул из фильмов. На каждого Иисуса приходится миллион зомби.
— Алло?
— Дейв? Это Джон. Звонил твой дилер. Он говорит — или сегодня ты отдаешь ему героин, или он тебя зарежет. Встретимся там, где закопали шлюху-кореянку.
На самом деле эта кодовая фраза означала: «Приезжай ко мне как можно быстрее. Дело важное». Мало ли, вдруг телефон прослушивается.
— Джон, сейчас три часа но…
— Да, и не забудь — завтра мы должны убить президента.
Щелк.
Он отключился. Последнее предложение было просьбой купить сигарет по дороге.
Скорее всего мой телефон действительно прослушивался. Впрочем, эти шифры — дурацкая затея, так как в случае необходимости всю информацию можно получить, перехватив наши мозговые волны.
— Мир мертвых? Ты оттуда? — спросил я.
— Нет, чувак. Это ты оттуда. Мы сейчас в нем. Этот мир — просто ужас. Если кто–то вдруг решит навсегда изгнать тебя отсюда, то может просто пристукнуть какой–нибудь железкой — черт побери, тебя можно прикончить даже голыми руками. Вы, пузыри, сидите в этой комнате, а я уже чувствую запах гнилого мяса мертвых животных, которое маринуется в ваших кишках в растворе кислоты. Вы лишаете жизни невинные создания для того, чтобы протянуть еще один день. Вы — механизмы, питающиеся ужасом и болью других существ. Вы будете уничтожать растения и животных до тех пор, пока не сдохнете от голода, пока ваши попытки отдалить смерть не приведут к гибели всех и вся на этой планете. Чуваки, это место — воплощение абсолютного ужаса, и я не могу поверить в то, что вас не парализовало само пребывание здесь.
Люди смертны.
С момента нашего рождения мир отчаянно пытается скрыть от нас этот факт. Вы уже давно выяснили всё про секс и Санта-Клауса, но по-прежнему верите, что в последнюю секунду вас спасут, а если нет, то ваша смерть по крайней мере будет не напрасной, что кто-то будет держать вас за руку, кто-то вас оплачет. Общество устроено таким образом, чтобы поддерживать эту ложь; весь мир - огромный шумный кукольный спектакль, который должен отвлечь нас от того факта, что все мы умрём и скорее всего в одиночестве.
Мне повезло, я узнал об этом давным-давно, в крошечной душной комнате за школьным спортзалом. Многие осознают, что они смертны, только в тот момент, когда лежат где-нибудь на тротуаре, ловя последний вдох. Только в этот момент они понимают, что жизнь - как огонёк свечи; порыв ветра, несчастный случай, секундная неосторожность - и он погаснет. Навсегда.
И всем плевать. Вы лежите, рыдаете, вопите во тьме, и никто вам не ответит. Вы протестуете против вопиющей несправедливости, а в паре кварталов какой-то парень смотрит баскетбол по телевизору и чешет себе яйца.
Учёные говорят, что есть тёмная материя - невидимое загадочное вещество, которое заполняет пространство между звёздами. Тёмная материя составляет 99,99% Вселенной, и учёные не знают, что это такое. А я знаю. Это апатия. Вот она, истина: сложите наши знания о Вселенной и всё, что нам небезразлично, и получится крошечная искорка в огромном чёрном океане пофигизма.
Парень, ты стоишь на краю Скалы безумца и смотришь в Долину полного бреда.
На водительском сиденье лежал какой-то комок, полностью скрытый под слоем тараканов. Комок рос и пульсировал, и я в конце концов понял, что это и есть тараканы. Они лезли друг на друга, забирались все выше; их подергивающиеся лапки переплетались и завязывались в узлы.
В фильмах ужасов персонажи, эти ослы, обычно стоят и смотрят, как перед ними материализуется некая фигура, сотканная из компьютерных эффектов — тупо глазеют на нее вместо того, чтобы повернуться и задать стрекача. Я тоже хотел убежать, хотел поступить умно — но, черт побери, это же моя машина! Моя единственная машина. Я не желаю каждый день добираться до работы пешком.
С самогопервого дня мне казалось, что жизнь в обществе — это сложный, опасный танец, и что я — единственный, кто не умеет танцевать.
С самого первого дня мне казалось, что жизнь в обществе — это сложный, опасный танец, и что я — единственный, кто не умеет танцевать. Меня снова и снова сбивали с ног, а я каждый раз поднимался, униженный и окровавленный. На меня вечно смотрели с укором, мечтая о том, чтобы я наконец убрался ко всем чертям и перестал портить праздник. Меня хотели вытолкнуть наружу, туда, где, пытаясь согреться, друг к другу жмутся уроды. Туда, к неудачникам, безумцам, которые могут лишь с завистью смотреть на нормальных людей, на то, как они покупают новые сверкающие машины, делают карьеру, создают семьи и проводят отпуск с детьми. Такие вот уроды всю жизнь ковыляют туда–сюда, пытаются понять, почему их бросили, бормочут о всеобщем заговоре и снежных людях. Когда они стараются наладить контакт с окружающими, обычные люди едва сдерживают смех, закатывают глаза, криво ухмыляются — и, что хуже всего, жалеют этих дурачков.
Кстати, меня зовут Дэвид. Привет. Однажды я видел, как почка одного парня отрастила щупальца, прорвала у него дыру в спине, вылезла наружу и зашлепала по полу у меня на кухне.
— Мистер Вонг, вы верите в ад?
Секунд пять я растерянно молчал.
— Да, наверное.
— Почему? Почему вы верите в ад?
— Потому что это полная противоположность тому, во что я хочу верить.