Клубничное убийство

— Если бы мне кто‑нибудь дал миллион на квартиру, — мечтательно сказала Майя, — он вполне мог бы рассчитывать на удобный диван и тарелочку борща после работы.
— Вы вообще славитесь своими дикими взглядами на совместную жизнь с мужчиной, — не удержался от замечания Половцев.

Вообще он был отчаянным типом с сомнительными моральными принципами, но почему‑то именно с ним она чувствовала себя на редкость спокойно.

— Если бы я знал, какой вы прожорливый, ни за что бы с вами не связался. За неделю вы сжевали годовой запас печенья и опустошили морозильную камеру.
— А что я ел такого замороженного? — удивился тот.
— Замороженного ничего. Кур для вас Майя жарила загодя.
На лице старшего лейтенанта расцвела улыбка.
— Она ждет меня вечерами… Так я и знал.
— Не раскатывайте губы, она вас просто жалеет. Как все женщины, Майя страшно жалостливая. Недавно смотрела фильм про любовь… Плакала.
— Наверное, там играл этот… Кевин Костнер, — предположил Стас. — Не пытайтесь преуменьшить мое значение в жизни вашей помощницы.

Что наша армия всегда делала хорошо — так это воспитывала офицерский состав в духе уважения к женщине, жене и матери. Хотя… В Сильвестре, кажется, с рождения сидела зараза джентльментства. Когда сам Стас подкатывался к бабам, хотел проявить вежливость, они сразу заявляли, что он грубый льстец и отпихивали его ручкой.

— Сильвестр Семенович! — крикнула Майя, отворив дверь и увидев за ней Стаса Половцева. — К вам милиция пришла.
Гость ввалился в коридор и привычно потоптался на мокрой тряпке, расстеленной возле порога.
— Почему только к Сильвестру? К вам она тоже пришла, — ворчливо возразил он. — И хороши же вы! Даже не поздоровались, не кивнули, не улыбнулись старому знакомому…
— Вам улыбнешься, старший лейтенант, вы начнете к зубам придираться, — пробурчала Майя, прислушиваясь, не идет ли босс.
Стас вздохнул. Другой бы он ответил, так ответил. Но перед этой терял всю свою злость. Глаза зеленые, нос вздернут, словно кто‑то щелкнул по нему снизу, родинка над верхней губой — маленькая, шоколадная и наглая, будто специально нарисованная, чтобы его обезоружить. Про таких девчонок говорят — «свой парень», до тех пор пока они не вырастают, не хорошеют и не начинают пить вашу кровь.