— Убирайся! — сквозь слёзы прошептала она. — Ты моя, Алекс! Моя, слышишь?! — Я ненавижу тебя! Хоторн усмехнулся и нежно погладил её по щеке. — Это не правда… — прошептал герцог, целуя её в кончик носа. — Ты так же сгораешь от страсти, как и я. И когда мы поженимся, ты покажешь мне, как сильно ненавидишь меня… — Поженимся? — ошарашенно переспросила Алекс. Я… — Ты станешь моей женой, и никаких возражений я не приму.
Хоторн нежно, но решительно уложил Алекс на спину и прижался к ней всем телом. Алекс попыталась остановить его, но Хоторн целовал её всё жарче, лишая всякой воли к сопротивлению. В голове у Алекс помутилось, когда его рука сквозь тонкую ткань ночной сорочки начала ласкать её грудь. Как сквозь туман она услышала свой собственный стон наслаждения… — Ты сводишь меня с ума, милая. Ты моё искушение… — прошептал Эдвард. Он хотел только подвести её к порогу наслаждения, но поняв, что всё заходит слишком далеко, Эдвард с тяжёлым вздохом отстранился.
Воспоминания, как туманная дымка, появлялись неожиданно и неуловимо, и как бы Алекс ни пыталась уцепиться хоть за маленький кусочек прошлого, ничего не выходило, но она твёрдо намерена разгадать эту тайну…
— Такой громадный мужчина с чудесными голубыми глазами… — произнесла Лори. — Они у него вовсе не голубые, а тёмно-карие, — не подозревая подвоха, поправила её Алекс. Лори рассмеялась. — Ты тоже считаешь его красивым. Я тебя провела. Мне прекрасно известно, что у него вовсе не голубые глаза. А ещё я обратила внимание на его волосы, — не унималась Лори. — Они у него вьются, хотя и нуждаются в стрижке. — Не так уж и вьются, — равнодушно пожала плечами Алекс. — Я даже немного испугалась его, — призналась Лори. — Он выглядел таким… — Мрачным? — перебила её Алекс. Лори кивнула. — Его зовут Хоторн, и я не хочу больше о нём говорить.
— Он ничуть не красив, — бросила в ответ Алекс, сама удивляясь овладевшему ей раздражению. — Я хочу сказать, что не нахожу его ни в малейшей степени привлекательным! — Как ты можешь так говорить? Даже без очков я заметила, что он весьма интересен. — Довольно. Этот человек на редкость высокомерен. Мы всё равно с ним больше никогда не встретимся, и это к лучшему.