Только теперь я осознал: реки нужно переходить, а не прыгать с моста и идти на дно.
Если задуматься, семья – те же покупатели, которые встретили друг друга в магазине под названием «жизнь». Ценные или незваные, но покупатели. Так и стоит к ним относиться, и тогда мы не причиним никому боли.
– Суть торговли н-не в том, чтобы продавать вещи, которые нравятся нам. Нужно, чтобы нравилось другим.
С трудом выпустившись, Минсик очутился на войне за трудоустройство и вскоре погиб от тяжелого ранения, оставленного провинциальным университетом. От всего этого пострадали его уверенность в себе и мотивация.
У каждого человека разные таланты и интересы, а они почему-то настаивали на том, чтобы он хорошо учился и стал среднестатистическим взрослым.
Оказывается, писательское дело – это всего лишь набор текста. Если долго и тщательно обдумывал что-то, все мысли легко находят свое воплощение в тексте, а писателю остается лишь без устали нажимать на клавиши. И если пальцы не успевают за ходом мыслей, значит, работаешь хорошо.
Жизнь – это путь от решения одной проблемы к решению другой.
Но время расставило все на свои места. Те, кто начинал с преимуществом, за годы накопили капитал, опыт и стали свободнее. А Кёнман так и остался солдатом в окопе, который потратил все патроны и вынужден идти в бой босиком. Сколько бы он ни зарабатывал, расходов было больше, а сил становилось только меньше.
Покупатели ошибочно считают, что продавцы из-за своей кассы за ними не наблюдают. Поэтому многие позволяют себе даже красть товары, намеренно или случайно.
– Разве бездомный – это сразу преступник? Вы слишком предвзято относитесь к людям.
– А это не так уж плохо, дорогуша. В мире нужно всего опасаться.
Разве не естественно для человека интересоваться, кем он был раньше: где работал и где его семья? В этом она тоже не понимала его, поэтому решила, что даже после разительных перемен он так и останется глупым медведем. И так как медведь не собака, то доверять ему Сонсук не могла.
Сихён чувствовала себя креветкой в грандиозной ментальной битве китов.
Госпожа Ём убрала пиво в сторону и стала молиться. Ведь это все, что ей оставалось: молиться и просить.