И опять здравствуйте! С вами всё еще Избранный Макс и моя группа отмор… гхм… добытчиков - "Избранные". Между прочим, уже Великая группа. Вот так-то. Поэтому, зовите меня Властелин Макс!
А вам слабо объявить войну великому клану? А вот мне - нет. Могу даже двум одновременно. Наверное.
В любом случае, самое время наносить добро и причинять справедливость. Этому миру нужен новый герой! И пусть это буду я! Хе-хе...
Сволочизм какой-то.
Пришлось применять дыхательную гимнастику. Судя по поведению локальной Системы, которая периодически моргала и пыталась пропасть, какие-то зачатки совести у неё были. Возможно, она понимала, что поступает несколько несправедливо, и из-за этого чувства хотела срулить от неприятного разговора. Хотя, может, это только в моих влажных мечтах такое происходит, а это просто обычные перебои со связью. В любом случае, перед тем как она свалит, мне нужно поговорить с ней об осколках меча и на секунду забыть о положенных нам ништяках и общей несправедливости этого мира. Сука, как сложно это сделать! Ладно, Макс, выдохни. Поехали.
— Это что было? — пробурчала Лира.
— Наглядная демонстрация силы, — ответила Ворчунья. — Существо двенадцатого уровня показало, почему оно находится на вершине пищевой цепочки. Стыдно признавать, но вы ещё слабы, Макс. Сильно слабы.
— Фигня вопрос! Значит нам нужно стать сильнее! — бодро произнёс я, так как мне не понравились взгляды Лиры и Гора. Там читалось какое-то разочарование. Неужели они уже начали ощущать себя великими героями этого мира, которых нельзя уничтожить? Ничего, возвращение в реальность — отличная штука!
— Командир, да я… да я! — начал было оправдываться Гор, но я пришёл ему на помощь.
— Неправильный ответ, боец! Правильный ответ — страдаем мы из-за того, что ваш командир не подумал про удобства всей группы! Привык я, что мы все вопросы решаем вместе. О том, что иногда нужно разделяться, так как круче нас в этом мире только боссы десятого и одиннадцатого уровней, мысль в голову мне не пришла. Ничего, иногда полезно вот так пробежаться по грязи, чтобы начать думать головой. Ибо кто не думает — тот топает!
— Да, мой друг и будущий коллега, — подхватил мою шутку Г’Харн. — Есть у нас пантера, которая жрёт всех пришлых. Так вот, чтобы тебя она не сожрала, она должна тебя пометить. В простонародье — обоссать. Так что это ничего страшного.
— Как ничего страшного? — Я знал, что эльфы помешаны на чистоте. — Тебя она тоже обсыкала?
Я уже было почти ушёл, но на секунду задержался, повернувшись с интересом, что ответит тролль. Тот на секунду завис, а потом сказал:
— Нет, меня не обсыкала. Но то была бонусная акция. Теперь процедура опознания сменилась.
Я не выдержал и показал большой палец, подмигнув. Кажется, из тролля может вырасти настоящий тролль, и мне это нравится.
Ну а я пошёл
Я читал много книжек и смотрел много фильмов, где герои выпячивали свою изумительную интуицию, которая у них срабатывала всегда без сучка, без задоринки. Я им очень завидовал, потому что моя интуиция работала ровно наоборот. Стоило мне что-то «наинтуичить», как всё шло абсолютно через жопу, и мне приходилось страдать.
В какой-то из моментов я серьёзно подумал действовать наперекор своей интуиции, но, получив от жизни очередной пинок, понял, что, скорее всего, интуиция просто не моё, и благополучно забил на это.
Так вот, прямо сейчас интуиция что-то бубнила у меня в голове по поводу Самуэля и его предложения, но я не обращал на неё внимания.
В жопу интуицию, включаем разум.
Шерданец долго на меня смотрел, решая, как поступить. С одной стороны — шахты не были его вотчиной. Возиться с ними Логулу крайне не хотелось. С другой — я, как ни крути, был прав. Если хочешь полную независимость, будь независимым до конца, а не так, что тут хочу, а тут давай силириум.
— С Радужным лесом у тебя получилось, — хохотнул Краб, что весь наш разговор сидел на кресле. — С шахтой как? Я не смогу передать тебе местоположения всех стационарных подземелий, пока ты не захватишь шахту.
— Что⁈ Ты заодно с ним⁈
Возмущённый вопль эльфа был усладой для Краба. Шерданец расплылся в ухмылке, довольный произведённым эффектом. И коллег позлил, и меня подставил. День, можно сказать, удался. Союзник? Как бы ни так! Такой же глава великого клана, как и остальные, пытающийся вырвать выгоду из любой мелочи.
— Я делал много странных заявлений, Макс, — Краб явно наслаждался текущим моментом. Он без тени смущения рассматривал нас, словно забавных зверушек. — Ты сейчас о каком конкретно?
Я уже собрался открывать рот, чтобы пояснить, ради чего мы сюда явились, но прикусил язык. Краб является главой великого клана. Он хоть и выглядит как отморозок, но никак не может им быть. Должность такого не позволяет. Если я начну рассказывать о вещах, что подразумеваются сами собой, буду выглядеть как ребёнок, который пришёл на ковёр к взрослому и пытается с ним говорить. Как я и думал, вся эта возня с вассалитетом — сотрясание воздуха. Крабу нужно было, чтобы мы явились в его город. Он добился своего.
И опять чёрт меня дёрнул раскидываться словами. У меня складывалось впечатление, что в меня как будто вселился какой-то бес высокомерия и наглости, как говорила моя бабуля, и периодически дёргает за верёвочки. У меня открывается рот, и я выдаю очередную пургу. Ведь по-другому это никак назвать нельзя.