Семья Леконт – влиятельный и могущественный клан эльмаров, хранящий множество тайн. Они не давали мне покоя с тех пор, как погибла моя подруга, ведь я подозревала, что стало тому причиной – неделя на острове Мордид, после которой Дель вернулась уже другой. И это стало началом конца. Сейчас у меня появился шанс притвориться девушкой одного из Леконтов, пробраться в недоступный особняк и вытащить наружу все их грязные секреты. Но главное – ненароком не влюбиться. Ведь только в сказках сильные...
Мы были жертвами, запертыми в одной клетке с хищником, и невозможно было предсказать, в какой момент ему наскучит игра, и он решит нанести смертельный удар.
– Сила. Вот то единственное, что по-настоящему имеет значение. Мир устроен крайне просто. Сильный имеет власть. Слабый подчиняется.
– Я не дура. – А ведёшь себя как она, – безжалостно припечатал Адриан. – Кто в своём уме подписывает кровной печатью контракты подобного содержания? Кто шарится по тёмным углам чужого дома, не думая о том, что слишком любопытных не ждёт ничего хорошего?
– В некоторых случаях, подарочек, лучше вовсе не иметь семьи и существовать на подачки государства, чем выживать под одной крышей с любимыми родственниками.
Обычный старинный дом. Обычный коридор. Ничего пугающего – за исключением самих хозяев особняка, да и те по ночам, похоже, все-таки предпочитали спать. Даже как-то... разочаровывающие.
– Я нашел тебя в коридоре, – наконец проговорил Адриан. – Ты была не в себе. Шла не пойми куда, полураздетая… – И ты решил, что самое время воспользоваться подвернувшимся случаем и затащить меня в постель? – В общих чертах – да, – подтвердил эльмар.
Контракт на крови, древняя магия, подчиняющий взгляд. И я… скованная, одурманенная, не принадлежащая самой себе…
Но разве могла я предположить, что все окажется настолько безумным, настолько невероятным?
– Зато ни одна не побежит жаловаться в прессу и не раздует скандал.
– Да не упирайся ты, – зашептал он, вместе со стулом придвинувшись ближе – хотя, казалось, куда еще? – В одиночку пить скучно.
Если прежде силы забрать самое дорогое, что есть у живого существа, – вспомнились мне cлова из сожженного трактата, - выпить самое чистое, самое светлое, к чему тянется сущность любой живой твари, можно и эльмара заставить распахнуть и отдать собственную душу.
Над ухом раздался смешок. - Вот уж не думал, - шутливо произнес Адриан, разглядывая комнату, - что у меня когда-нибудь соберется столько зрителей. И все как один – члены моей расчудесной семейки. Ох … В пылу страсти я как-то умудрилась забыть, что большая часть стен все еще была увешана фотокарточками Леконтов, и теперь чувствовала легкую неловкость от неживых темных взглядов из каждого угла.