Оправдывай-не оправдывай героя его трепетной любовью к жене, которая ярко проявляется ближе к концу книги, но что вёл он себя как конченый мудак в первой половине - факт.
Перемудрила автор с сюжетными "бабскими" хитросплетениями, на которые вёлся властный герой. Мне не зашло.
— Ты чистая, Алия. Его голос — глубокий, ровный, восторженный. Тот самый, которым он когда-то говорил мне «люблю». — Я мечтал о такой, как ты. Настоящей. Тихой. Нашей. — А Марьяна? — её голос дрожит, но не от страха. — Марьяна… — Кемаль держит паузу, потом усмехается. — Марьяна… как диковинная зверушка. Русская. Не такая, как все. Хотелось попробовать. Сломать. Приручить. А потом… — Ты её любил? — Я хотел её. А это не одно и то же. Я стою за ширмой. Я должна уйти. Бежать. Спрятаться....
Перемудрила автор с сюжетными "бабскими" хитросплетениями, на которые вёлся властный герой. Мне не зашло.