Макар Ярцев – богатый, красивый, расчетливый и злой. Так говорят все, кто хоть раз с ним встречался. У него одна слабость – его наследница. Маленькая девочка, которую я выхватила из-под колес несущейся на нее машины. Мы никогда не были знакомы, но… Его малышка смотрит на мир моими глазами, как я морщит конопатый нос и страдает от дефицита внимания. Ей пять лет. Ровно столько, сколько я пытаюсь сбежать от страшного прошлого.
– Ненавижу! – шиплю, глядя на мужа. – Ты меня просто растоптал. Предал! Чего же ты еще хочешь? – Тебя. Ты нужна мне, детка, – отрывисто говорит человек, которого я беззаветно любила. – Мне нужен ребенок. Отец поставил условие – он хочет внука. – Так иди к своей любовнице за этим, а я подаю на развод! – Ты родишь этого ребенка, таково условие. – А если нет? – Тогда лишишься всего, чем дорожишь, – его холодная улыбка пугает. Но сдаваться я не намерена.
Пленных не берём, персонажей не жалеем; трупы направо и налево, главная героиня прелесть какая рыжая дурочка, хищные родственники насмерть бьются за бабло, все продажные и безжалостные. Помойка.
– Ненавижу! – шиплю, глядя на мужа. – Ты меня просто растоптал. Предал! Чего же ты еще хочешь? – Тебя. Ты нужна мне, детка, – отрывисто говорит человек, которого я беззаветно любила. – Мне нужен ребенок. Отец поставил условие – он хочет внука. – Так иди к своей любовнице за этим, а я подаю на развод! – Ты родишь этого ребенка, таково условие. – А если нет? – Тогда лишишься всего, чем дорожишь, – его холодная улыбка пугает. Но сдаваться я не намерена.
– Ненавижу! – шиплю, глядя на мужа. – Ты меня просто растоптал. Предал! Чего же ты еще хочешь? – Тебя. Ты нужна мне, детка, – отрывисто говорит человек, которого я беззаветно любила. – Мне нужен ребенок. Отец поставил условие – он хочет внука. – Так иди к своей любовнице за этим, а я подаю на развод! – Ты родишь этого ребенка, таково условие. – А если нет? – Тогда лишишься всего, чем дорожишь, – его холодная улыбка пугает. Но сдаваться я не намерена.
Семь лет назад я выскочила из торта вместо стриптизерши, а потом проснулась в объятиях чужого мужика. Так себе месть жениху, изменившему мне за неделю до свадьбы! Я хотела забыть это как страшный сон, но нет! На память о моем позоре остались весомые подарочки: парочка хулиганистых детей-близнецов и статус матери-одиночки. Но сегодня моя жизнь изменилась, я стала помощницей великого и ужасного Глеба Седова. У него крутой нрав, приметный шрам на щеке и несносный характер. А еще он отец моих детей,...
Семь лет назад я выскочила из торта вместо стриптизерши, а потом проснулась в объятиях чужого мужика. Так себе месть жениху, изменившему мне за неделю до свадьбы! Я хотела забыть это как страшный сон, но нет! На память о моем позоре остались весомые подарочки: парочка хулиганистых детей-близнецов и статус матери-одиночки. Но сегодня моя жизнь изменилась, я стала помощницей великого и ужасного Глеба Седова. У него крутой нрав, приметный шрам на щеке и несносный характер. А еще он отец моих детей,...
– Ненавижу! – шиплю, глядя на мужа. – Ты меня просто растоптал. Предал! Чего же ты еще хочешь? – Тебя. Ты нужна мне, детка, – отрывисто говорит человек, которого я беззаветно любила. – Мне нужен ребенок. Отец поставил условие – он хочет внука. – Так иди к своей любовнице за этим, а я подаю на развод! – Ты родишь этого ребенка, таково условие. – А если нет? – Тогда лишишься всего, чем дорожишь, – его холодная улыбка пугает. Но сдаваться я не намерена.
Аннотация к книге "Беби - бум для босса" Моя племянница попала в беду. А я, спасая ее, не придумала ничего лучше, как заключить контракт на суррогатное материнство. Теперь я связана по рукам и ногам. Под сердцем бьется новая жизнь, клиент - суровый мужчина, а мне все меньше и меньше хочется расставаться с маленьким человечком, растущим во мне Что ж, остаётся только один выход — сделать так, чтобы мой мучитель и сам не захотел меня отпустить. План на будущее готов, осталось только претворить...
– Ненавижу! – шиплю, глядя на мужа. – Ты меня просто растоптал. Предал! Чего же ты еще хочешь? – Тебя. Ты нужна мне, детка, – отрывисто говорит человек, которого я беззаветно любила. – Мне нужен ребенок. Отец поставил условие – он хочет внука. – Так иди к своей любовнице за этим, а я подаю на развод! – Ты родишь этого ребенка, таково условие. – А если нет? – Тогда лишишься всего, чем дорожишь, – его холодная улыбка пугает. Но сдаваться я не намерена.
– Ненавижу! – шиплю, глядя на мужа. – Ты меня просто растоптал. Предал! Чего же ты еще хочешь? – Тебя. Ты нужна мне, детка, – отрывисто говорит человек, которого я беззаветно любила. – Мне нужен ребенок. Отец поставил условие – он хочет внука. – Так иди к своей любовнице за этим, а я подаю на развод! – Ты родишь этого ребенка, таково условие. – А если нет? – Тогда лишишься всего, чем дорожишь, – его холодная улыбка пугает. Но сдаваться я не намерена.
– Ненавижу! – шиплю, глядя на мужа. – Ты меня просто растоптал. Предал! Чего же ты еще хочешь? – Тебя. Ты нужна мне, детка, – отрывисто говорит человек, которого я беззаветно любила. – Мне нужен ребенок. Отец поставил условие – он хочет внука. – Так иди к своей любовнице за этим, а я подаю на развод! – Ты родишь этого ребенка, таково условие. – А если нет? – Тогда лишишься всего, чем дорожишь, – его холодная улыбка пугает. Но сдаваться я не намерена.
– Ненавижу! – шиплю, глядя на мужа. – Ты меня просто растоптал. Предал! Чего же ты еще хочешь? – Тебя. Ты нужна мне, детка, – отрывисто говорит человек, которого я беззаветно любила. – Мне нужен ребенок. Отец поставил условие – он хочет внука. – Так иди к своей любовнице за этим, а я подаю на развод! – Ты родишь этого ребенка, таково условие. – А если нет? – Тогда лишишься всего, чем дорожишь, – его холодная улыбка пугает. Но сдаваться я не намерена.
– Ненавижу! – шиплю, глядя на мужа. – Ты меня просто растоптал. Предал! Чего же ты еще хочешь? – Тебя. Ты нужна мне, детка, – отрывисто говорит человек, которого я беззаветно любила. – Мне нужен ребенок. Отец поставил условие – он хочет внука. – Так иди к своей любовнице за этим, а я подаю на развод! – Ты родишь этого ребенка, таково условие. – А если нет? – Тогда лишишься всего, чем дорожишь, – его холодная улыбка пугает. Но сдаваться я не намерена.
– Ненавижу! – шиплю, глядя на мужа. – Ты меня просто растоптал. Предал! Чего же ты еще хочешь? – Тебя. Ты нужна мне, детка, – отрывисто говорит человек, которого я беззаветно любила. – Мне нужен ребенок. Отец поставил условие – он хочет внука. – Так иди к своей любовнице за этим, а я подаю на развод! – Ты родишь этого ребенка, таково условие. – А если нет? – Тогда лишишься всего, чем дорожишь, – его холодная улыбка пугает. Но сдаваться я не намерена.
– Ненавижу! – шиплю, глядя на мужа. – Ты меня просто растоптал. Предал! Чего же ты еще хочешь? – Тебя. Ты нужна мне, детка, – отрывисто говорит человек, которого я беззаветно любила. – Мне нужен ребенок. Отец поставил условие – он хочет внука. – Так иди к своей любовнице за этим, а я подаю на развод! – Ты родишь этого ребенка, таково условие. – А если нет? – Тогда лишишься всего, чем дорожишь, – его холодная улыбка пугает. Но сдаваться я не намерена.
Сколько боли и предательства казалось бы от самых близких людей пришлось пережить Ире. В конце, как в поговорке - все сестры получили по серьгам. Целая детективная история получилась.
– Ненавижу! – шиплю, глядя на мужа. – Ты меня просто растоптал. Предал! Чего же ты еще хочешь? – Тебя. Ты нужна мне, детка, – отрывисто говорит человек, которого я беззаветно любила. – Мне нужен ребенок. Отец поставил условие – он хочет внука. – Так иди к своей любовнице за этим, а я подаю на развод! – Ты родишь этого ребенка, таково условие. – А если нет? – Тогда лишишься всего, чем дорожишь, – его холодная улыбка пугает. Но сдаваться я не намерена.
– Ненавижу! – шиплю, глядя на мужа. – Ты меня просто растоптал. Предал! Чего же ты еще хочешь? – Тебя. Ты нужна мне, детка, – отрывисто говорит человек, которого я беззаветно любила. – Мне нужен ребенок. Отец поставил условие – он хочет внука. – Так иди к своей любовнице за этим, а я подаю на развод! – Ты родишь этого ребенка, таково условие. – А если нет? – Тогда лишишься всего, чем дорожишь, – его холодная улыбка пугает. Но сдаваться я не намерена.
Нормально, только теги поменять, это не любовный роман, это в детективы надо, тогда аудитория соответствующая и оценки тоже). Ну и аннотация с названием вводит в заблуждение, книга не про измену и развод, скорее что-то в стиле Поляковой.
– Ненавижу! – шиплю, глядя на мужа. – Ты меня просто растоптал. Предал! Чего же ты еще хочешь? – Тебя. Ты нужна мне, детка, – отрывисто говорит человек, которого я беззаветно любила. – Мне нужен ребенок. Отец поставил условие – он хочет внука. – Так иди к своей любовнице за этим, а я подаю на развод! – Ты родишь этого ребенка, таково условие. – А если нет? – Тогда лишишься всего, чем дорожишь, – его холодная улыбка пугает. Но сдаваться я не намерена.
– Ненавижу! – шиплю, глядя на мужа. – Ты меня просто растоптал. Предал! Чего же ты еще хочешь? – Тебя. Ты нужна мне, детка, – отрывисто говорит человек, которого я беззаветно любила. – Мне нужен ребенок. Отец поставил условие – он хочет внука. – Так иди к своей любовнице за этим, а я подаю на развод! – Ты родишь этого ребенка, таково условие. – А если нет? – Тогда лишишься всего, чем дорожишь, – его холодная улыбка пугает. Но сдаваться я не намерена.
– Ненавижу! – шиплю, глядя на мужа. – Ты меня просто растоптал. Предал! Чего же ты еще хочешь? – Тебя. Ты нужна мне, детка, – отрывисто говорит человек, которого я беззаветно любила. – Мне нужен ребенок. Отец поставил условие – он хочет внука. – Так иди к своей любовнице за этим, а я подаю на развод! – Ты родишь этого ребенка, таково условие. – А если нет? – Тогда лишишься всего, чем дорожишь, – его холодная улыбка пугает. Но сдаваться я не намерена.
– Ненавижу! – шиплю, глядя на мужа. – Ты меня просто растоптал. Предал! Чего же ты еще хочешь? – Тебя. Ты нужна мне, детка, – отрывисто говорит человек, которого я беззаветно любила. – Мне нужен ребенок. Отец поставил условие – он хочет внука. – Так иди к своей любовнице за этим, а я подаю на развод! – Ты родишь этого ребенка, таково условие. – А если нет? – Тогда лишишься всего, чем дорожишь, – его холодная улыбка пугает. Но сдаваться я не намерена.
– Ненавижу! – шиплю, глядя на мужа. – Ты меня просто растоптал. Предал! Чего же ты еще хочешь? – Тебя. Ты нужна мне, детка, – отрывисто говорит человек, которого я беззаветно любила. – Мне нужен ребенок. Отец поставил условие – он хочет внука. – Так иди к своей любовнице за этим, а я подаю на развод! – Ты родишь этого ребенка, таково условие. – А если нет? – Тогда лишишься всего, чем дорожишь, – его холодная улыбка пугает. Но сдаваться я не намерена.
– Ненавижу! – шиплю, глядя на мужа. – Ты меня просто растоптал. Предал! Чего же ты еще хочешь? – Тебя. Ты нужна мне, детка, – отрывисто говорит человек, которого я беззаветно любила. – Мне нужен ребенок. Отец поставил условие – он хочет внука. – Так иди к своей любовнице за этим, а я подаю на развод! – Ты родишь этого ребенка, таково условие. – А если нет? – Тогда лишишься всего, чем дорожишь, – его холодная улыбка пугает. Но сдаваться я не намерена.
Семь лет назад я выскочила из торта вместо стриптизерши, а потом проснулась в объятиях чужого мужика. Так себе месть жениху, изменившему мне за неделю до свадьбы! Я хотела забыть это как страшный сон, но нет! На память о моем позоре остались весомые подарочки: парочка хулиганистых детей-близнецов и статус матери-одиночки. Но сегодня моя жизнь изменилась, я стала помощницей великого и ужасного Глеба Седова. У него крутой нрав, приметный шрам на щеке и несносный характер. А еще он отец моих детей,...
– Ненавижу! – шиплю, глядя на мужа. – Ты меня просто растоптал. Предал! Чего же ты еще хочешь? – Тебя. Ты нужна мне, детка, – отрывисто говорит человек, которого я беззаветно любила. – Мне нужен ребенок. Отец поставил условие – он хочет внука. – Так иди к своей любовнице за этим, а я подаю на развод! – Ты родишь этого ребенка, таково условие. – А если нет? – Тогда лишишься всего, чем дорожишь, – его холодная улыбка пугает. Но сдаваться я не намерена.