— Невозможно приручить дикого зверя, и не было возможности подчинить того, кто причинял боль и уничтожал ради собственной прихоти!
Усмешка королевы и тихое:
— Даже дикие звери едят с рук, если у человека есть желание этого добиться! Дариан ненавидел меня ровно до тех пор, пока я вела себя подобно влюбленной женщине, но прошло время и он готов есть с моих ладоней! Сдаться всегда проще, Катарина, а сражаться на равных способен не каждый!
я вдруг подумала – а посмотрел бы он на меня тем же, чуть восхищенным взглядом, когда я еще не была длинноногой блондинкой с идеальными параметрами? Что-то мне подсказывает, что нет. Что-то, что всегда становится каменной стеной на пути любых отношений… Травля в старшей школе, в принципе всегда оставляет след, а фотка меня прежней, всегда отрезвляюще действует… на меня. Никому больше я ее не показываю и не покажу.
Великая сила требует великой ответственности. Ответственность принять и достойно нести может лишь тот, кто великодушен. Человек мелочный, мстительный, упивающийся издевательствами над более слабыми, бремя ответственности нести не способен и гибнет под гнётом своей непомерной силы.
"– Когда дракон станет страшным – не орать и не реагировать, я все поняла.
– Не страшным, а смешным, – поправила я.
– Тогда не поняла, – нахмурилась Бетси, перестав зашнуровывать мой корсет.
– Ведите себя как в лучших домах столицы, – посоветовала я.
– Это когда сверху падает люстра, а все делают вид, что ничего не случилось? – округлила глаза горничная.
– Ну… примерно так, – кивнула я." (с)
Иногда молчание хуже лжи. В сотни раз хуже. Ложь ранит меньше.
— Простите, но нельзя ли сделать линию декольте несколько повыше? — попросила я, придерживая платье и чувствуя, что от одного неловкого движения мои верхние… прелести предстанут на всеобщее обозрение.
— Милочка! — возмутилась леди Давернетти. — Вам уже двадцать четыре года! Вам требуется замуж, а в этой борьбе, поверьте, все средства хороши! — Но, леди Давернетти, в этом платье я чувствую себя охотником с ружьем! Даже с двумя! — предельно честно высказалась я.
— Моя дорогая, вам двадцать четыре! Вам уже не просто на охоту пора, вам следует в принципе из засады не вылезать! — припечатала меня драконица.
И все вернулись к пошиву самого пошлого в моей жизни платья.
У девушек из высшего общества обыкновенно значительно тоньше пальцы и изящнее кисть руки. Их учат музицировать с ранних лет. Живопись, каллиграфия, танцы — все это приводит к той самой изысканности, что многие ошибочно считают врожденной.
"— Увези ее, — очень тихо практически попросил лорд Арнел.
И сказано было так, что дрогнул даже стойкий Давернетти. Пришлось брать все в свои руки. И я, схватив лорда старшего следователя за руку, гордо объявила:
— Мы с Кристианом любим друг друга!
Даже не знаю, кто из нас троих был больше всего шокирован подобным заявлением. Но, кажется, не я.
Лорд Арнел, побагровев, прошипел:
— Мне даже интересно стало, с какого конкретно момента?!
— Оооу, — протянула я, — ну, знаете, тюрьма, наручники, обвинения, мольбы о спасении — они, в целом, как-то сближают…
— Древнейшая истина, Адриан: взял женщину и дубину, потащил в пещеру, — вставил лорд Давернетти.
— Женщину или дубину? — холодно уточнил Арнел.
— Да какая разница, — отмахнулась я.
— Ну не скажите, мисс Ваерти, между женщиной и бревном все же разница очевидна, — прошипел Арнел.
И на этом нам пришлось прервать весьма далекое от светского общение — раздался звук горна, после в небе расцвел огненный трилистник императорского рода и, собственно… отступать уже было некуда." (с)
"- К слову, — прищур стал откровенно пугающим, — я не женат.
Я уставилась на него в потрясении, которое даже не попыталась скрыть.
— Чему вы столь сильно удивляетесь, мисс Ваерти? — насмешливо поинтересовался он. — Мое имя имеется в вашем списке кандидатов в мужья. Второе сверху.
<...>
Судорожно вздохнув, прошипела, не сдержавшись:
— Провалитесь к чертям!
Он никак не мог этого услышать, но из-за двери донеслось издевательское:
— О, мисс Ваерти, если компанию мне составите вы, то с превеликим удовольствием.
<...>
Особенно много своего внимания лорд старший следователь уделил кабинету профессора Стентона, более того — сейф был вскрыт, а на столе обнаружился тот самый список кандидатов в мужья, где имелось демонстративно очерченное действительно второе имя сверху, к которому издевательски приписали: «Это я», а далее, по ходу списка, имелись такие примечания, как «Не подходит», «Не советую», «Излишне стар», «Не справится со Стентонами», «Сотрудников моего ведомства не трогать» и прочее." (c)
— Ты знаешь, там, у вас в доме, на почетной стене в гостиной были твои награды, одноразовые сейры, благодарственные письма, фотографии с выпускных, медали и прочее, и, в общем... ты же помнишь, чему на Рейтане учат с детства?
— Чему? — ничего не поняла я.
— Бьют — беги, понравилось — бери. — И мне широко улыбнулись.
— Взлетаем! — раздался голос капитана Нарена.
«Пристегнись», — пришло на сейр от капитана Эринс.
Я пошла, села и пристегнулась, рядом со мной то же самое сделал Гэс… то есть Гассан, остальные тоже порассаживались по диванам, старательно пристегиваясь. В этот момент вошел Гилбен и грустно сообщил, что с Маргарет позанимается позже, она пошла спать, потому что боится летать. Она? Боится?! Да-да, тот случай!
И да — он не успел пристегнуться до взлета, искренне веря, что за штурвалом капитан Нарен.
Наивный.
Взлетели мы так, что Гилбена унесло куда-то в сторону пищевого блока и, судя по звукам, било там обо все возможные углы, а углов там хватало. Более чем. Мне же в этот момент было безумно интересно — кто ей выдал летную лицензию?!
Нет, серьезно, кто?
Я понимаю, что разведчик и все такое, но кто? Не покидало стойкое ощущение, что лицензия была подделкой, и, когда перегрузки начали зашкаливать, я в своих подозрениях только утвердилась, а где-то в недрах пищевого блока надрывно застонал Гилбен… Он еще не знал, что это только начало. Потому что все стало на порядок хуже, когда на сейр Гэса пришло сообщение от Сейли:
«Засада впереди. Что делаем?»
«Летим, у тебя, я смотрю, неплохо получается», — хмыкнув, отписался ей Гэс.
«Лея держится?» — последовал вопрос.
«Да, она молодцом», — ответил Гэс.
И я сильно пожалела о том, что молодцом и все такое, потому что Сейли перешла на запредельную скорость. Полагаю, сидевшие в засаде танаргцы испытали примерно то же самое, что и полиция не так давно. В смысле, позорно отстали, но где-то через час. То ли их довела скорость, на которой наш скромный дипломатический крейсер их уделал, то ли они были поражены способом летания, который Гэс назвал «плавный полет летучей мыши». Это был сарказм, да. Летучие мыши плавно не летают, наша так и вовсе хаотично дергалась из стороны в сторону. Первый суперскоростной танаргский Х-джет немного не вписался в астероид, второй на всем ходу влетел в другой.
Наша дипломатическая «летучая мышка» продолжила свой «плавный, мать его», полет.
- Спасибо.
- Не за что, - он резко повернул голову, пугающим до сих слишком стремительным жестом, улыбнулся мне и добавил: - Не справишься с миссией - возьму тебя в наложницы. И во всех позах оторвусь за все эти трое адовых суток.
После чего вернулся к ужину, оставив меня в догадках на счет - это сейчас серьезно было или очередная шутка в энерийском стиле?
- Я надеюсь это сейчас была шутка? – нервно поинтересовалась в итоге, у с аппетитом ужинающего сахира.
- Надейся, - милостиво разрешили мне.
- У меня выходной, - зачем-то сообщила я.
- И как он в постели? - вдруг самым похабным тоном спросил Багор.
- Кто? - не поняла я.
- Ваш «выходной», - саркастично уточнил бывший глава спецслужбы.
- Еще не знаю, - раздраженно ответила я, - на данный момент я до нее еще не добралась.
«Ты вуайерист? - спросила от удивления, причем удивление было по большей части потому, что номер идентифицировался как «Любимый».
«Я в целом извращенец, - ответили мне. - Не ляжешь - вернусь и продемонстрирую».
- Вы сможете мне помочь? - наконец спросила я, с надеждой взглянув на сахира.
<…>
- Детка, оставь церемонии, какое тут «вы» если мы только что с тобой порнуху вместе смотрели?
- Этого не должно быть, - прошептала, не отрывая взгляда от его глаз, - я на гормонах, блокирующих даже намек на сексуальное желание.
- Мм, я практически польщен - ты хочешь меня вопреки всем технологиям Гаэры. Схожу, вручу себе медальку.
— А… разве так можно поступать с представителями религии? — потрясенно спросила я.
— С представителями религии, нарушившими закон, — да, — снисходительно пояснил, как ребенку, сахир.
— Закон, который вы тут только что придумали, — напомнила я.
— Незнание законов не освобождает от ответственности, — величественно ответили мне.
— А ты мне начинаешь нравиться, — задумчиво произнес сахир, как только я гордо залезла в воду.
— В плане? — поинтересовалась я, берясь за кофе и неотрывно глядя на экран, где пелась детская песенка о том, как правильно нужно бить других детей, чтобы забирать у них конфеты.
Своеобразный менталитет.
— В смысле не только эротическом, — отозвался мужчина, отвечая на вызов кого-то по сейру.
Чёрное светило восходит позже, но сияет дольше.
Ошибки - это каменная плитка, устилающая дорогу к успеху.
Да озарит светило путь ваш вон из моей канцелярии.
Она всегда так: кажется, что не сможешь, что от боли сейчас ляжешь и умрешь на месте, но стоит встать и пойти, и силы откуда-то берутся. Не знаю почему так, но тут главное - не сдаваться, не лежать и не жалеть себя, и всё получится.
существует огромная проблема братьев и сестер, потому что те, кто старше, уверены, что только их опыт позволит младшим избежать ударов Асаны. Но мы не хотим идти по пути, проторенному старшими, мы хотим создавать свой путь, пусть неправильный и болезненный, но свой.
- Александр Мечеславович, вы не можете жениться! - шипела разгневанная блондинка.
- Это еще почему? - лениво-издевательски поинтересовался Стужев.
- Она... она... женщина! - возмущенный вскрик.
Хмыкнув, мой супруг весело ответил:
- Я в курсе, что не мужчина.
– Дам в полупрозрачных нарядах в мой дом более не впускать!
– Они опасны – засасывают… – снова вставил зеленомордый.
Стоим перед лавкой самой настоящей потомственной черной ведьмы и откровенно хамим! Где пиетет?! Где испуганная бледность лица?! Где выдавленная через силу вежливая улыбка?!
Стоим перед лавкой самой настоящей потомственной черной ведьмы и откровенно хамим! Где пиетет?! Где испуганная бледность лица?! Где выдавленная через силу вежливая улыбка?!