— Жених свалил, — ответила Наташа на его изумленный взгляд, — сказал, что так даже лучше. Что женщина, опоздавшая на собственную свадьбу ради какой-то вонючей операции, никогда не сможет стать хорошей женой. Раз так любит работать, пусть Гиппократу дает!
Романову казалось, если он станет психовать, переживать и тревожиться, то все обойдется, а если сразу начнет надеяться на лучшее, то лучшее как раз и не случится.
Он считал жену такой же неотъемлемой частью своей жизни, как он сам, поэтому, когда закрутил роман с ослепительно красивой девушкой-референтом,
даже не предполагал, что это способно изменить его жизненный уклад. В общем, и роман-то был не роман, а непонятно что. Ни влюблённости, ни упоительного
секса, ни даже кризиса среднего возраста, просто мутное понимание, что губернатор должен иметь красивую юную любовницу.
... цитата Пирогова: «Без нравственного смысла все правила нравственности ненадёжны».
На обратном пути я думала о странных капризах судьбы, которая иногда не даёт нам ничего решить, а потом ставит перед труднейшим выбором.
«Главное — не пролюби свой талант!» — напутствовала она меня, а я невесело засмеялась. Мне было двадцать лет, и единственное, что мне действительно хотелось сделать со своим талантом, — это именно пролюбить его.
Все мы судим о людях по себе.
Задача здравоохранения – не обеспечить каждого человека необходимой ему медицинской помощью, а вернуть в строй максимальное количество бойцов. Вот тебе и ответ, почему рак у нас до сих пор смертельное заболевание. Просто невыгодно с этими больными возиться. Вбухивать в них кучу денег без гарантий, что потом они эти деньги государству отработают.
…В детстве Вероника читала все подряд. Однажды в «Новом мире» ей попалась повесть Виля Липатова, в которой одна из героинь жаловалась подруге: «Ты не представляешь, как иногда хочется выстирать мужские носки!» Юная Вероника долго хихикала над таким странным желанием, но фраза почему-то запомнилась. Да, тогда она смеялась, зато теперь… Ведь этой фразой писатель выразил всю суть страдания одиноких женщин!
- Юмор, как и любовь, нельзя объяснить.
- Любовь - это совсем не то, что ты думаешь. Но я не знаю, как рассказать о ней юным девушкам. Говоря о любви, вы думаете о поклонниках, о замужестве, о детях… Словом, о практической стороне любви. Но у любви есть и другая сторона, духовная. Когда ты точно знаешь, что вот в этом человеке - твое сердце, и так будет всегда.
- Молчишь. Значит, влюблена… Но помни, мужчины не любят, когда девушки сами вешаются им на шею.
- Совершенно верно, - сказала Лиза, появляясь на веранде. - Если ты краснеешь при одном взгляде на предмет обожания и вышиваешь ему платочки, будь уверена: он помчится от тебя прочь, словно ты разъяренный тигр.
- Все мужчины эгоцентричны, - улыбнулась Титова. - Не знаю, найдется ли среди них хотя бы один, который больше думает о женщине, чем об удовольствиях, которые от нее получает. Если вдруг такой обнаружится, его надо поместить в стеклянную банку и выставить в Кунсткамере.
- Единственная возможность для нас избегать душевных ран - это знать, чего от нас действительно хотят мужчины. Но весь фокус в том, чтобы не показывать им свое знание, притворяться дурочками. Тогда есть шанс получить то, чего хочешь ты, а не то, чего хотят они.
Счастье – вот оно, происходит с ней сейчас, сию секунду: сыночек, мама, любимый мужчина, обожаемая работа и чистая совесть. Надо проживать его, наслаждаться им, а не горевать оттого, что нет кольца на пальце и штампа в паспорте. В конце концов, слово «счастье» происходит от слова «часть», и полным никогда не бывает.
Каждому достается свой кусочек от общего пирога.
Поверь старику-отцу, бессмысленно и непродуктивно думать о том, какие люди свиньи и как было бы хорошо, если бы они изменились. Все равно ты не найдешь такого мужика, который будет за тебя шуршать по дому, поэтому или приучайся сама, или живи до старости с папой и мамой.
«Говорят, надо узнать человека, прежде чем жениться, - ворчал отец, - господи, какая чушь! Если ты влюблен, то объективно судить о человеке невозможно, а если нет, то не нужно. А вот когда ты ничего не знаешь, но абсолютно уверен, это как раз то самое состояние!»
Я не ревную. Просто я слишком поздно поняла: если человек тебя не любит, то он ни в чем перед тобой не виноват.
В нашей клинике действуют два вида полисов — зеленый (под ним была приклеена фотография тысячной бумажки) и красный (соответственно, пятитысячной).
Все нравственные законы я считал забором, ограничивающим мою свободу, хотя на самом деле это дорожные знаки, указывающие человеку правильный путь.
Неправильно говорят, что имя – это судьба. Наоборот, судьба извлекает производную из твоего имени.
«Это от нас самих зависит, какими нам быть. А не от обстоятельств»
«Человека лучше всего воспринимать таким, какой он есть, даже если толком не знаешь, какой он есть на самом деле»
"Я верю, что все, что с нами происходит, не так ужасно, как могло бы быть"
Легко осуждать других за поступки, от которых ты сам гарантирован.