Истина похожа на луковицу: несколько слоев нужно содрать, пока не обнажиться ее плоть и не заставит тебя плакать.
А в детстве обычно хорошо спится. Это с возрастом мы утрачиваем умение быстро и крепко засыпать, как утрачиваем и звонкий детский смех, и невинность.
Война – дело сложное, тут черно-белые определения, столь удобные для историков, не годятся. Даже мальчишкой я понимал: добродетель и злодейство зачастую можно различить, лишь находясь от них на большом расстоянии.
Иногда, если нам говорят, чтобы мы чего-то не делали, это лишь заставляет нас еще больше желать запретного. А потому порой лучше получить немножко того, чего тебе так хочется, чем стараться соблюдать полное воздержание.
Глаза – они как окна: иной раз заглянешь в такое «окно» и увидишь там то, что видеть вовсе не полагалось.
Любовь может быть и безумной, и переменчивой, страсть же всепожирающа.
Даже один человек может все изменить.
В шесть лет ты способен постигать тонкости, которые годом позже уже будут вне твоего разумения.
И все же решение существует – причем достаточно простое, нужно лишь проявить определенную гибкость мышления.
– Не-а. Ничего я заранее не предусматривал. Просто я считаю, что всегда нужно быть ко всему готовым.
Пес Твинкл с надеждой посмотрел на меня, надеясь на прогулку.
Не люблю, когда до меня дотрагиваются, не люблю приторных улыбок. Родная кровь для меня не залог душевной близости.
Способность мыслить ретроспективно - жестокий дар, ибо всегда пробуждается слишком поздно.
школа – это отнюдь не то место, где вам кто-то силой или обманом навязывает свои идеи. Школа – это некое привилегированное сообщество людей, где вас, учеников, знакомят с великим множеством новых идей, и некоторые из этих идей, возможно, совпадут с вашими собственными мыслями и представлениями, а некоторые нет. Вы, разумеется, можете их отвергнуть – но лишь после того, как внимательно изучите. И помните: у человека, прячущего голову в песок, для коммуникации с остальным миром остается еще только одно отверстие.
- Чаю? - Учительский кокаин, - улыбнулась она.
Gods don’t last forever, you know. They all take a fall eventually. Even Allfather. Even me. Everyone falls to the dark in the end; and if you don’t believe it, just take a look at the temples and statues and shrines and sacrificial standing stones that once meant more than life or death, now reduced to exhibits, curiosities, little fragments of history.
You know, ‘crazy’ is such a negative word. I prefer ‘disordered.’ Order’s so dull. Chaos is where the party is.
An absolute only serves to affirm the reality of its opposite. The moment your god said, “Let there be light,” He created the darkness.
It isn’t the End of the Worlds if the popular crowd think you’re a freak. It isn’t the End of the Worlds if you like eating chocolate, or have a bad day, or make a mistake, or flunk an exam. It isn’t the End of the Worlds if you don’t look like those girls in the magazines.
Let’s face it, most problems can be solved by judicious consumption of cake.
Люди очень мало что замечают, особенно у себя под носом.
Хотя верно, что мы редко задумываемся о личной жизни наших коллег. Дети, возлюбленные, жилища. Мальчики всегда удивляются, увидев нас за пределами «Сент-Освальда» — в супермаркете, у парикмахера, в пабе. Удивляются и слегка восхищаются, как будто встретили на улице знаменитость. «Я видел вас в субботу в городе, сэр!» Словно они думают, будто с вечера пятницы и до утра понедельника мы висим в классе за дверью, как снятые мантии.
Мне вспомнилось, как я сам так же бежал - и не так уж давно это было, - когда выходные казались длинными, как футбольные поля. А сейчас они проходят в мгновение ока: недели, месяцы, годы - все скрываются в цилиндре фокусника. Всегда одно и то же, и это поразительно. Почему мальчишки всегда бегут? И когда я перестал бегать?
Одним махом ворвался октябрь, и вдруг наступила осень. Я люблю осень. Напряжение, рык золотого льва на задворках года, потрясающего гривой листвы. Опасное время - буйная ярость и обманчивое затишье; фейерверк в карманах и каштаны в кулаке. Осенью я ближе всего к тому мальчику, каким был, и ближе всего к смерти.
Точно запущенный камень может свалить и гиганта.