Рассказ
Бывший машинист поезда Юлиан Джонс, когда-то работавший на горных ветках Эквадора, вспоминает, при каких обстоятельствах ему удалось соприкоснуться с легендарным золотом южноамериканских индейцев...
Старость приходит неожиданно. И вот, когда завещание уже написано, а имущество давно и заранее поделено между любящими родственниками, человек уже становится как бы и не нужен. Однако у пожилого героя этого рассказа свой взгляд на жизнь и своя мечта. Он едет на Юкон, как аргонавты в старину. Едет за своим сокровищем.
Трое одноруких бродяг, собравшись вокруг костерка, рассказывают истории из своего прошлого.
Я в душе восхищался этим человеком с энциклопедическим умом, этим обыкновенным бродягой, Лейтом Клэй-Рэндольфом, который чувствовал себя у меня в кабинете, как дома, очаровывал гостей, собиравшихся за моим скромным столом, затмевал меня блеском своего ума и изысканными манерами, тратил мои карманные деньги, курил мои лучшие сигары, выбирал себе галстуки и запонки из моего гардероба, проявляя при этом самый изощренный и требовательный вкус.
Между Крисом и Лют пылают высокие чувства, они влюблены друг в друга и встречаются вот уже четыре года. Лют давно ждет предложения от Криса, но он, не объясняя причин сторонится женитьбы. А несколько вроде случайных происшествий, чуть не лишивших Криса жизни, всё более настораживают Лют. Возможно, разгадка лежит за гранью человеческого понимания и здесь замешаны силы мистические.
Неопытная провинциалка жаждет работать в газете крупного города. Как же ей доказать свое право на звание журналистки?
Удивительная история о человеческой ненависти, о том как неприязнь к отдельно взятому человеку может привести к трагическим последствиям. А мужчина зарабатывающий себе на жизнь, тем что сует свою голову в пасть льва, и не догадывался о намерениях своего ненавистника...
Роботы не способны чувствовать. Искусственный интеллект рационален, лишён эмоций. Но что, если сбой, осознание себя ИИ, станет тем, что связывает женщину-робота и киборга с повреждёнными имплантами?
Джон Клеверхауз имел лунообразное лицо. Вам, вероятно, знаком этот тип людей с широко расставленными скулами, с подбородком и лбом, исчезающими в щеках и тем еще более подчеркивающими безупречную шаровидность физиономии, с широким, приплюснутым носиком, отстоящим на равном расстоянии от всех точек окружности и похожим на лепное украшение в центре потолка. Может быть, за это я и возненавидел его: он оскорблял мой взор, и я был твердо уверен, что земля невыразимо тяготится его присутствием.
Вилли Мак-Вей, сержант Северо-Западной конной полиции, скорчился за маленьким бугром из снега и льда и рассуждал, долго ли его онемевшие пальцы продержат ружье при пятидесяти градусах ниже нуля. Едва он вложил последние пять патронов в камеру, над противоположным бугром, на расстоянии трехсот шагов, появился белый дымок, и когда над головой Вея провизжала пуля, полицейский поклонился ей. Его тело до половины уходило в снег; вокруг него валялось десять пустых патронов. С гримасой на лице, он...
На пост Канадской конной полиции собаки привозят труп с запиской, где названо имя убийцы. Капрал Блэк отправляется на поиски, но дело оказывается не столь очевидным...
Сурово было лицо унтер-офицера Брокау, и в его бледно-голубых глазах вспыхивали по временам злые огоньки. Высокий и тонкий, он был гибок, как кошка. Брокау служил в Северо-Западной конной полиции и душой был предан делу. Этим делом была охота за людьми.
Петер Сент, траппер, расставлял силки и капканы вдоль длинной узкой долины, отходящей от большой низменности. Дверь его бревенчатой хижины открывалась в темную, холодную серую темь Полярного круга; через единственное окно он часто наблюдал за вспышками и игрой северных сияний, и их шипение стало для него привычно. Откуда он пришел и почему носил странное свое имя, никто никогда не спрашивал, потому что любопытство свойственно только белым людям, а ближайшие белые жили в форте Макферсон на...
Будучи страстным охотником, инженер Мариус, преследуя пуму, слишком далеко отъехал от железнодорожной бригады и был захвачен индейцами.
Находясь уже как год в плену, он окончательно понимает — помощи ждать неоткуда. Мариус не теряет надежды и сам готовится к побегу...
История о человеке, который по долгу службы побывал во всех частях света, ведь его работа — поиск жен в гаремы султанов.
Туземец Ярури удивляет белого человека своей способностью не терять самообладания в самых драматических обстоятельствах.
Книга "Первые эполеты" Луи Буссенара — это захватывающий роман, рассказывающий о первых шагах юного героя на пути к военной славе и чести. Главный герой — молодой офицер, только что получивший свои первые эполеты и вступающий в мир военной службы. Рассказ погружает читателя в атмосферу армейской жизни, где главному герою предстоит столкнуться с первыми испытаниями, проявить смелость, честь и верность долгу. Буссенар мастерски передает дух времени и трудности, с которыми сталкиваются молодые...
К-о-о-ю! М-о-о-ю! О-о-ю-ю! Э-э-э… — этот причудливый крик, служащий у аборигенов Австралии сигналом к сбору, прозвучал около двух часов ночи на восточном побережье материка. Как раз в это время транспортное судно «Геро», не устояв под натиском штормовых волн, бросивших его на коралловые рифы, потерпело крушение недалеко от мыса Палмерстон. Туземцы, которым гибель корабля несет поживу, уже зажгли множество огней, чтобы известить сородичей о неожиданном подарке, который подбросил им добрый...
Во времена оккупации Алжира Францией, в 1840-ом году, арабское войско попыталось отбить деревню Мазагран.
Превосходящим силам противника смело противостояла 10-ая рота 1-ого Африканского батальона, состоящая всего из 123-х человек. Во главе роты стоял мужественный капитан Лельевр.
Почти в самом центре Африки, на экваторе под тридцатым градусом восточной долготы, берет начало один из истоков Нила — Сомерсет, впадающий в озеро Альберта, чьи воды низвергаются чуть ли не с пятидесятиметровой высоты каскадом Мерчисон. По берегам стремительной реки обитает некое африканское племя. Его-то мы и предлагаем вам почтить своим вниманием, дабы убедиться, что даже столь высокое искусство, как театр, не чуждо самым отсталым народам.
Трудность состоит не в том, чтобы убить большую дикую кошку, слона или носорога. Это дело не хитрое, если в руке карабин с разрывной пулей. Нет, трудность заключается в том, чтобы незаметно подкрасться к животному, которое чует человека на огромном расстоянии и убегает при его приближении, даже будучи голодным. Вы, принадлежащий к убийцам, именуемым охотниками, убедитесь в том, если вдруг решитесь, как какой-нибудь Тартарен, отправиться воевать с большими хищниками. Эти слова припомнились...
Было 14 февраля 1885 года. Франция вела в это время продолжительную и изнурительную военную кампанию против Китая, чреватую непредсказуемыми опасностями и трудностями, вновь и вновь возникавшими перед армией и флотом.
На адмирала Курбе была возложена почетная миссия — руководить военными действиями на морских просторах, и он покрыл себя заслуженной славой, но судьба не избавила его ни от ошибок, ни от разочарований.
По правде говоря, меня в конечном счете буквально приводили в отчаяние встречающиеся на каждом шагу наемные сторожа и попадавшися то и дело столбы с надписями, вызывавшими как негодование, так в равной мере и искушение: «Охраняемые охотничьи угодья». Бос и Солонь, эти райские уголки для охоты, уже стали потерянным раем; вход в него охранялся ангелами возмездия в желтых гетрах, в кожаных каскетках, с ружьями «лефоше», готовыми в любой момент составить на вас протокол. Вы теперь уже не можете...
Пока разбитая французская армия поспешно отступает, единственный солдат не примыкает к общему потоку. Этот солдат — алжирский стрелок. Он с холодным спокойствием ждет приближения немцев, ведь и один в поле воин.