Мои цитаты из книг
Когда ты видишь своего мужчину с хером в другой бабе, это даже не лекарство от любви, это ампутация без наркоза. Болит, да, но это необратимо.
Моей прежней жизни больше нет. Она рассыпалась мелкими осколками, когда Олег пришел и сказал: «Саша, прости, но я полюбил другую женщину. Давай расстанемся мирно, по-хорошему». Говорят, в любой непонятной ситуации поезжай в Питер. Именно так я и сделаю, получив в подарок на юбилей измену мужа и предстоящий развод. Поеду в компании дочери, подруги по несчастью. Что ждет меня в родном городе самым длинным днем и самой короткой ночью года? Может быть, встреча с прошлым?.. *** Предыстория -...
Счастливый брак родителей – это ведь архитектоника бытия. Папа и мама живы, они вместе, все любят друг друга – основа детской вселенной. Даже если тебе уже третий десяток.
Моей прежней жизни больше нет. Она рассыпалась мелкими осколками, когда Олег пришел и сказал: «Саша, прости, но я полюбил другую женщину. Давай расстанемся мирно, по-хорошему». Говорят, в любой непонятной ситуации поезжай в Питер. Именно так я и сделаю, получив в подарок на юбилей измену мужа и предстоящий развод. Поеду в компании дочери, подруги по несчастью. Что ждет меня в родном городе самым длинным днем и самой короткой ночью года? Может быть, встреча с прошлым?.. *** Предыстория -...
Сюрпризы - зло. Но понимают это только те, кто вляпался с ними по самую маковку.
Моей прежней жизни больше нет. Она рассыпалась мелкими осколками, когда Олег пришел и сказал: «Саша, прости, но я полюбил другую женщину. Давай расстанемся мирно, по-хорошему». Говорят, в любой непонятной ситуации поезжай в Питер. Именно так я и сделаю, получив в подарок на юбилей измену мужа и предстоящий развод. Поеду в компании дочери, подруги по несчастью. Что ждет меня в родном городе самым длинным днем и самой короткой ночью года? Может быть, встреча с прошлым?.. *** Предыстория -...
Отобрать у женщины доступ к ее любимым радостям — все равно, что сделать мужика евнухом.
Лекс: Я любил ее до безумия, мечтал о семье общих детях. Но одна страшная авария за секунду превратила меня в инвалида, а Вика… Она просто выскочила замуж за моего брата и помогла ему прикарманить дело всей моей жизни. Вика: Я просто пыталась выжить. Кто же знал, что спустя три года Лекс снова возникнет на горизонте моей жизни — здоровый, красивущий и страшно злой. Щелкнет пальцами — и вся моя жизнь полетит в тартарары. Но чтобы удержаться на плаву, я предложу ему пари, от которого он не сможет...
Мир повсюду жесток, так к чему менять здешние берега на другие?
Ари был самым паршивым мальчишкой на всем белом свете, ленивый и никчемный, он не годился ни для какого дела. В ненависти и злобе он прожил 16 лет, пока в их крохотный городок на берегу холодного моря не ворвалась невиданная яркая повозка.
Женщина, вышедшая из коляски, была уже старой, лет тридцати, не меньше, но держалась с вызовом незамужней девушки, впервые пришедшей на городские гуляния.
Почему женщины всегда становятся такими дурами, когда речь заходит о мужчинах?
Ари был самым паршивым мальчишкой на всем белом свете, ленивый и никчемный, он не годился ни для какого дела. В ненависти и злобе он прожил 16 лет, пока в их крохотный городок на берегу холодного моря не ворвалась невиданная яркая повозка.
Женщина, вышедшая из коляски, была уже старой, лет тридцати, не меньше, но держалась с вызовом незамужней девушки, впервые пришедшей на городские гуляния.
Ты не умер, а просто ушел. В этой жизни мы больше не увидимся, и от этого так больно, но все равно ты с нами. Как будто просто живешь где-то очень далеко, куда не ходят поезда и не летают самолеты. Там нет почты, телефона, интернета. Но мы будем думать о тебе, а ты – о нас.
Когда-то мы зажигали так, что горели небо и земля. Поженились и были счастливы вместе больше двадцати лет. Вырастили троих детей и отпустили их в свободное плавание. И вдруг оказалось, что между нами больше ничего не осталось. Нам не о чем разговаривать, и даже ссориться скучно. Живем как соседи, отходим друг от друга все дальше, все ближе подходя к той грани, за которой только развод. Достаточно малейшего толчка, чтобы разойтись окончательно… или снова повернуться друг к другу лицом,...
Потеря – как кусок адски холодного железа. Ожог, боль – а потом какое-то странное бесчувствие, словно пережгло нервные окончания.
Когда-то мы зажигали так, что горели небо и земля. Поженились и были счастливы вместе больше двадцати лет. Вырастили троих детей и отпустили их в свободное плавание. И вдруг оказалось, что между нами больше ничего не осталось. Нам не о чем разговаривать, и даже ссориться скучно. Живем как соседи, отходим друг от друга все дальше, все ближе подходя к той грани, за которой только развод. Достаточно малейшего толчка, чтобы разойтись окончательно… или снова повернуться друг к другу лицом,...
Так всегда кажется, что времени впереди вагон. Что все будут жить вечно. Куда торопиться? А вечность внезапно заканчивается – ударом под дых.
Когда-то мы зажигали так, что горели небо и земля. Поженились и были счастливы вместе больше двадцати лет. Вырастили троих детей и отпустили их в свободное плавание. И вдруг оказалось, что между нами больше ничего не осталось. Нам не о чем разговаривать, и даже ссориться скучно. Живем как соседи, отходим друг от друга все дальше, все ближе подходя к той грани, за которой только развод. Достаточно малейшего толчка, чтобы разойтись окончательно… или снова повернуться друг к другу лицом,...
Молчание вдвоем бывает разным – теплым и уютным, мучительно-тягостным, невыносимо скучным.
Когда-то мы зажигали так, что горели небо и земля. Поженились и были счастливы вместе больше двадцати лет. Вырастили троих детей и отпустили их в свободное плавание. И вдруг оказалось, что между нами больше ничего не осталось. Нам не о чем разговаривать, и даже ссориться скучно. Живем как соседи, отходим друг от друга все дальше, все ближе подходя к той грани, за которой только развод. Достаточно малейшего толчка, чтобы разойтись окончательно… или снова повернуться друг к другу лицом,...