Я повернула голову, и увидела свою руку, которая крепко сжимала штаны там, куда приличные девушки никогда не опускают глаза.
– Не знаю, как у вас там, но я благодаря вам пережил самое невероятное эротическое приключение,– рассмеялся дракон, пока я пыталась разжать сведенные судорогой пальцы.– В какой-то момент мне даже показалось, что не имея возможности подарить невесте целого меня, вы решили ограничиться утешительным призом.
– И то, что вы – импотент, который приехал к известному целителю – некроманту для воскрешения своего … погодите, у меня записано,– басом выдала невеста. Корсет съехал, обнажая накладную грудь.– Вялой пыпырки.
На самом деле, так лучше, чем тогда, когда попросят. И у тебя не получится сохранить спину прямой, а взгляд высокомерным, потому что у побитых жизнью собак, что были излишне преданны и слишком любили, такого взгляда не бывает.
Мы снова скрестились взглядами. Я мысленно готовилась к битве и собиралась отстоять Олияру. Но Налсур вдруг заулыбался. Это зрелище было настолько непривычным, что скорее настораживало.
– Чего это с тобой? – опасливо спросила я, показывая на его губы.
– Ну-ка прекрати. У меня хватает стресса и без твоего хорошего настроения.
–Прости,– снова повинился Налсур, продолжая улыбаться,– со мной это редко случается. Не хотел тебя пугать. Я нахмурилась, а он и вовсе расхохотался.
Обидно, кстати, первый поцелуй, а я ничего толком и почувствовать не успела! Проклятый Темный лорд, предупреждать же надо! Сказал бы, что собирается обнаглеть и поцеловать, я бы хоть приготовилась.
Я же для всех лучший муж и отец, душа любого праздника, щедрый хозяин и добрый человек. Это Лота стерва и змея. Вечно недовольная, слишком гордая, высокомерная не в меру. И никто не задумывался, почему она такая. Какую шкуру она носила, чтобы выстоять и не разбиться все эти пятнадцать лет. Никто не замечал и не хотел даже знать, как я мучил и истязал ее каждую ночь: и словом и делом
Ни одно магическое действие не может быть произведено без расчета площади, силы, а некоторые без скорости или заряда и прочих величин. Управляя потоками и преобразуя энергию, работая с окружающей материей, маг должен вложить в примененное волшебство приличное количество значений. А для этого нужно выполнить кучу расчётов. Вот вам и магическая наука.
А что, Эрин, думала это так просто? Пальцами щелкнула и мир у твоих ног? Палочкой махать только в сказках годится. Ничего человеку не дается просто так, везде нужно прикладывать усилия, упорно зубрить и пахать.
как ни отлична любовь от ненависти, но нередко случается, что и мудрые люди принимают одну за другую и, любя, причиняют обиды и страдания любимому, как бы питая к нему величайшую ненависть.
Но порою в тишине ночи, когда он оставался один, душу его наполняла неизъяснимая жалость и, по дивному противоречию сердца человеческого, он плакал от сострадания, вспоминая те муки, которые сам ей причинил. Когда же они снова встречались и граф Роберт видел ее гордое смирение, то жалость изгонялась из сердца его жестокостью, ибо непобедимая, молчаливая покорность Виоланты казалась ему притворной и оскорбительной.
Виоланта оставалась верной данному слову, безропотно переносила все лишения, ела грубую пищу, спала на голых досках, терпела зной и холод, несказанную усталость, муки тела и духа с молчаливою покорностью. Но по странной прихоти своего сердца граф Роберт не чувствовал себя удовлетворенным этим наружным смирением. Лицо ее загорело и осунулось, ноги были изранены острыми каменьями, золотые кудри потускнели от пыли. Но, хотя она не жаловалась, ему казалось, что есть непобедимое упрямство и скрытое высокомерие в ее молчании и покорности, и красота ее под бедною одеждою странницы была более царственной и величавой, чем под роскошною одеждою графини тулузской.