Ванесса открыла роман «По царскому велению», и я, услышав, как она фыркнула, понял, что сейчас она разнесет его в пух и прах. У нее была врожденная склонность к литературной критике.
– Барахло, – заявила она. – Вам пора бы уже приступить к более серьезному чтению. Я не надеюсь, что вы сразу же приметесь за Тургенева и Достоевского. – Она назвала, видимо, каких-то знакомых ей по Лондону русских эмигрантов, которые между делом еще и пописывали романы. – Есть много хороших книг, более легких для восприятия и в то же время познавательных.