— Слишком много вопросов, — покачал головой Змей, неожиданно обхватил меня за плечи, уложил на кровать и накрыл сверху одеялом. — Спи, Лекса, пока я не передумал и не наплевал на все образы и неподходящие обстоятельства. А то ведь придется на тебе жениться, — хмыкнул он.
Я выпростала руки из-под одеяла и резко поднялась.
— Вот только не надо мне угрожать!
будь самой собой, и тогда получишь то, что заслуживаешь. Это мой папа сказал. Не выделяться из толпы у тебя уже все равно не получится.
Даже не знаю, что тебе сказать, кроме того, что я не знаю, что тебе сказать.
Я стояла посреди зала и смотрела на то, что произошло, во все глаза. И не могла поверить. Он бросил меня… ради меня?!
— За рассуждения о проблемной голове спасибо, всегда приятно получить совет от того, кто давно испытал все средства борьбы с подобным недугом. Не помогло? Сочувствую.
— Я поступаю уже на третий факультет, и в моих силах не допустить, чтобы тебя сюда зачислили.
— Третий факультет? Правда? А два предыдущих не выдержали твоего присутствия? Как я их понимаю! Я бы на твоем месте даже вещи не распаковывала.
— Неужели я не единственный ценитель твоего творчества? Долго готовилась? Страшно представить, что же ты нарисовала в черновике.
— Ничего! — возмутилась я. — Это оригинал!
Если ходить и всем так вот бодро сообщать, что ты кого-то убил, то тебе никто и не поверит, верно?
Мне порой представляется, что некоторые спорят только для того, чтобы поспорить.
В деревне привязывают время к событиям, а не годам. В деревне не говорят «это случилось в тридцатом» или «это произошло в двадцать пятом». Там говорят «вот то-то случилось на следующий год после того, как сгорела старая мельница», «а вот это произошло, когда молния расколола большой дуб и убила фермера Джеймса» или «то был год, когда мы болели полиомиелитом.