Высокий интеллект или возможность получить дополнительную информацию не снижают восприимчивость к ошибочным мнениям. Зато иногда помогают объяснить неудобные факты.
В 1772 г. Адам Вейсгаупт, следуя по стопам своего отца и крестного, стал профессором права в университете баварского города Ингольштадт. Однако он никогда по-настоящему не увлекался правом. В свои 24 года Вейсгаупт был неугомонен и идеалистичен. Разочаровавшись в строгом иезуитском образовании, основанном на зубрежке, вдохновленный идеями Просвещения, он загорелся желанием улучшить общество и с помощью силы разума разрушить религиозные суеверия. Кроме того, по словам историка Джона Робертса, Вейсгаупт был «циничным, беспринципным карьеристом и лжецом… Все свидетельства об этом периоде карьеры говорят о том, что это был неприятный, но характерный для университетской среды типаж: умный, своенравный, эгоцентричный и склонный к самообману зануда».По мнению Робертса, истинной страстью Вейсгаупта были интриги. С ранних лет его интересовали тайные общества вроде пифагорейского союза. Он вступил в масонскую ложу в 1774 г., но был разочарован отсутствием у франкмасонов политических целей и настоящих тайн, а также высокими членскими взносами. Он решил организовать собственное тайное общество. На первом заседании, состоявшемся 1 мая 1776 г., присутствовали только сам Вейсгаупт и четверо его студентов. Он назвал свое общество орденом иллюминатов.Неоднозначность личности Вейсгаупта отразилась на особенностях ордена. Его мировоззрение было идеалистическим, на грани наивности. Единственной целью ордена Вейсгаупт указал «донести до человечества, сколь важны совершенство разума и его благородство… чтобы сопротивляться злым замыслам, чтобы помочь в борьбе с несправедливостью по отношению к обездоленным и угнетенным, чтобы подвигнуть людей на доблестные дела и в целом способствовать улучшению средств познания и науки». В то же время, став главой собственного тайного общества, Вейсгаупт смог удовлетворить свою жажду внимания и интриг. Он тщательно раздувал ауру таинственности вокруг ордена. Члены организации получали новые имена, должны были выучить значения тайных слов, пройти тщательно разработанные обряды посвящения, им было приказано порвать все отношения с семьей и друзьями. Чтобы набрать новых членов ордена, Вейсгаупт внедрял иллюминатов в масонские ложи и сманивал людей оттуда
Мы все хотим верить, что понимаем происходящее и управляем своей судьбой. Однако у мира есть отвратительная привычка напоминать нам, что все мы находимся во власти случайностей. Существует бесчисленное множество случайных источников неприятностей, которые невозможно предсказать и проконтролировать
нам наименее приятно воспринимать мир как череду случайностей.
Наш мозг большую часть работы проделывает сам, а мы не всегда даже понимаем, почему чувствуем тревогу.
Иллюзия понимания превращает нас всех в «диванных» экспертов.
Когда мы делаем что-то плохое, то легко объясняем наше поведение случайностью или разумной и оправданной реакцией на обстоятельства. Когда другие делают что-то плохое, это потому, что они сами по себе плохие
Примерно в 350 г. до н. э. греческий философ Платон написал два трактата - "Тимей" и "Критий"; обычно их относят к числу сочинений, называемых диалогами, поскольку автор излагает свои философские взгляды в форме диалогов между различными историческими и вымышленными персонажами. В этих двух трактатах он упоминает великую островную цивилизацию Атлантиду, разрушенную афинянами. Нет никаких причин полагать, будто Платон подразумевал под Атлантидой что-либо иное, кроме символа, который он сам и придумал, дабы поддержать боевой дух афинян и продемонстрировать, сколь опасны высокомерие и излишняя самоуверенность. Сотни лет оба диалога интерпретировались именно таким образом.
Каждое желание действует как электрический ток и подчиняется если не совершенно тем же законам притяжения и отталкивания, то во всяком случае очень схожим с ними.
Никто не останавливается на пути своего развитая. Мы всегда стремимся подниматься, все выше и выше, хотя никогда не достигаем совершенства.