В начале бала я танцевал с красавицей, но мне ведь жить не с ее лицом, а с человеком!
— Учитывая ваши пристрастия, я думаю, не слишком благоразумно с вашей стороны закармливать меня сладким. Растолстею ведь.
Шеф, собирающийся сделать глоток, глянул на меня, приподняв брови, усмехнулся и спокойно произнес:
— Виэль, я люблю тебя. Всю тебя. Неужели ты полагаешь, что меня может не радовать мысль, что тебя станет больше?
И я даже ответить ничего не успела, как снегомаман взвыла:
— Сам он разберется. Как же. Снова выставишь себя посмешищем! Ты позор моего дома! Ты…
— Страдать, конечно, удобнее. — Я с начальством всегда предельно откровенна. — И только счастье требует решимости, смелости и активных действий.
И вообще будь мужиком - есть проблема, реши проблему и не выпендривайся.
Естественно, – согласилась без проблем, – я же еще не решила, какого размера у меня будет зарплата. Шеф, подъем, мне к слугам надо!
– З-з-зачем?! – прошипел этот взбешенный.
– Буду им мозг выносить, – честно призналась работодателю.
— Это дочь погибшего сэльда, сэльдина Юалия! Это все она! Я не мог отказаться. Если бы даже хотел, я не мог…
— А, то есть ты еще и отказываться не хотел, — сделала я резонный вывод из его нытья.
Виэль, я начинаю искренне сомневаться в ваших умственных способностях. Как вы вообще дослужились до должности секретаря градоправителя с вашим-то крайне убогим рассудком?
— Губа разбита, на скуле ссадина, рука расцарапана.
— Сердце кровью обливается, — мрачно добавила я.
— От осознания своей глупости? — издевается.
— От перспективы спать с сугробом.
Не знаю, как матриархат вообще в жизни действует, но мы с Кассиль договорились только до того, что пойдем и плюнем на Харниса, потому что он заслужил.