Мои цитаты из книг
Зачем жить, если зло никем не карается? Это невозможно. Такой мир слишком страшен.
В лагере еретиков лучшее развлечение – нарушение правил. Безбожники и бандиты совершают запретные чудеса и строят воздушный флот. Лагерь – пристанище налетчиков, колдунов и блудниц. Инквизитор Дрейк должен оказаться в самом пекле, чтобы понять, что в битве между дикими отступниками и Армадой выбор не так очевиден, как кажется издалека.
Кажется, все вокруг готовы учить других, как поступать. Так что человека, который этого не хочет, уже можно назвать учителем.
В лагере еретиков лучшее развлечение – нарушение правил. Безбожники и бандиты совершают запретные чудеса и строят воздушный флот. Лагерь – пристанище налетчиков, колдунов и блудниц. Инквизитор Дрейк должен оказаться в самом пекле, чтобы понять, что в битве между дикими отступниками и Армадой выбор не так очевиден, как кажется издалека.
– Не представляете, в какие мерзости ударяются грешники! – сочно возмущался пастырь Симон. – Вот, например, мне принесли книжечку. «Вдруг некий демон явился, невыразимо, даже постыдно прекрасный. От его лица и осанки исходило обещание любви, разнообразной и сложной, и обещание неизреченного, даже невыносимого счастья». Демон! Постыдно прекрасный! Это же прямое оскорбление Бога-отца! Как демон может быть прекрасным? Не говоря уже про разнообразную любовь!
– Да, про любовь – это возмутительно, – согласился пастырь Иона, поджав губы. – Тут каждое слово наполнено грехом. Источает грех, я бы даже сказал.
В лагере еретиков лучшее развлечение – нарушение правил. Безбожники и бандиты совершают запретные чудеса и строят воздушный флот. Лагерь – пристанище налетчиков, колдунов и блудниц. Инквизитор Дрейк должен оказаться в самом пекле, чтобы понять, что в битве между дикими отступниками и Армадой выбор не так очевиден, как кажется издалека.
Если произошедшее и являлось самопожертвованием, Кари напрочь забыла все нужные атрибуты: ни сожаления, ни возвышенности, ни смирения, только сплошная издевка и грубость. Она развлекалась, получала удовольствие, а не приносила себя в жертву.
В лагере еретиков лучшее развлечение – нарушение правил. Безбожники и бандиты совершают запретные чудеса и строят воздушный флот. Лагерь – пристанище налетчиков, колдунов и блудниц. Инквизитор Дрейк должен оказаться в самом пекле, чтобы понять, что в битве между дикими отступниками и Армадой выбор не так очевиден, как кажется издалека.
Я искал наказания, божьей кары, жаждал расплаты, но, что бы я ни совершал, пустота оставалась пустотой.
В лагере еретиков лучшее развлечение – нарушение правил. Безбожники и бандиты совершают запретные чудеса и строят воздушный флот. Лагерь – пристанище налетчиков, колдунов и блудниц. Инквизитор Дрейк должен оказаться в самом пекле, чтобы понять, что в битве между дикими отступниками и Армадой выбор не так очевиден, как кажется издалека.
Он был уверен, что убийство старого друга станет искуплением, и фатально ошибся. Чувство вины искажалось, увеличивалось, видоизменялось, становилось только больше, как будто все, что он делает, неправильно, повреждено. Живые люди наскучивают, а мертвые заполняют память, приобретают совершенство, которым не славились при жизни.
В лагере еретиков лучшее развлечение – нарушение правил. Безбожники и бандиты совершают запретные чудеса и строят воздушный флот. Лагерь – пристанище налетчиков, колдунов и блудниц. Инквизитор Дрейк должен оказаться в самом пекле, чтобы понять, что в битве между дикими отступниками и Армадой выбор не так очевиден, как кажется издалека.
Ты мог бы стать самым свободным человеком в этом мире, а вместо этого стал самым мертвым.
В лагере еретиков лучшее развлечение – нарушение правил. Безбожники и бандиты совершают запретные чудеса и строят воздушный флот. Лагерь – пристанище налетчиков, колдунов и блудниц. Инквизитор Дрейк должен оказаться в самом пекле, чтобы понять, что в битве между дикими отступниками и Армадой выбор не так очевиден, как кажется издалека.
В жизни вообще лучше, чтобы тебя замечали пореже. Тогда никто не мешает делать то, что хочешь.
В лагере еретиков лучшее развлечение – нарушение правил. Безбожники и бандиты совершают запретные чудеса и строят воздушный флот. Лагерь – пристанище налетчиков, колдунов и блудниц. Инквизитор Дрейк должен оказаться в самом пекле, чтобы понять, что в битве между дикими отступниками и Армадой выбор не так очевиден, как кажется издалека.
– Я бы сказал, что ты наивный оптимист, но… Большинство открытий совершены дураками, не знавшими, что совершают невозможное. Так что бейтесь! Расшибайте лбы – себе и другим, сбивайте в кровь кулаки, но рвитесь к своей цели! Черт его знает, а вдруг – получится?!
Время безжалостно. Израненный крейсер «Марат» медленно валится в гравитационный колодец Нового Севастополя. В отсеках обреченного корабля – сотни разумных. У них нет времени на ремонт – на потемневших от ржавчины палубах идет яростная схватка. Люди увлеченно режут друг друга! Робинзоны замкнутого стального мира. Нет закона, нет смерти, нет будущего. Павел возглавляет один из векторов сил – «Соединение 13-7». Ноша командира тяжела, а в спину непрерывно давят задумчивые взгляды. Так ли уж...
Да, загонять крыс в угол - не лучшая идея. Но и дать им разбежаться по щелям, зализать раны и позволить партизанить на коммуникациях - мы не можем.
Время безжалостно. Израненный крейсер «Марат» медленно валится в гравитационный колодец Нового Севастополя. В отсеках обреченного корабля – сотни разумных. У них нет времени на ремонт – на потемневших от ржавчины палубах идет яростная схватка. Люди увлеченно режут друг друга! Робинзоны замкнутого стального мира. Нет закона, нет смерти, нет будущего. Павел возглавляет один из векторов сил – «Соединение 13-7». Ноша командира тяжела, а в спину непрерывно давят задумчивые взгляды. Так ли уж...