Вот что такое фан-клуб, как вы думаете? Место, где собираются единомышленники? Как бы не так! Думаю, самым точным определением будет «психиатрическая больница». Со своим отделением для буйных и главврачом, который отличается от пациентов лишь тем, что первым надел халат.Как ни странно, но у поклонников даже одного артиста нет ничего объединяющего. Потому что каждый любит придуманного лично им человека. А фантазии, разумеется, совпасть не могут, ни с реальностью, ни друг с другом. Одной нужен добрый и заботливый папа, мудрый наставник в творчестве и просто по жизни. Другая придумала себе идеального мужчину, потенциального любовника, который исполнит все её желания. Третья наоборот, считает, что уж он-то, небожитель с эстрадного Олимпа, не такой, как пацаны из соседского двора, он не полезет к ней под юбку, случись у них рандеву. Он будет вдохновенно читать ей всю ночь стихи, а на рассвете заплетать ей косы и укутывать её тёплым пледом. Что, безусловно, куда романтичнее и выше, чем какой-то банальный секс. Четвёртая свято верит, что все песни он поёт только для неё, и когда она присутствует на концерте, он смотрит лишь ей в глаза. А для пятой он просто святой, и не вздумайте ей сказать, что господин артист иногда ест, пьёт, ходит в туалет и даже ругается матом. Она вам всё равно не поверит.А теперь представьте, что все эти люди собираются в одном месте. И пытаются общаться, обсуждать творчество, дружить. Потому что вроде как положено, они вроде как команда. И не получается ровным счётом ничего. Более того, пытаясь доказать, что именно её «Туманов» правильный и настоящий, каждая готова перегрызть другой глотку.Нет никакой дружбы внутри фан-клубов, это миф. И быть не может.
..внутри постмодернизма не сложилось механизма для отделения осмысленного от бессмысленного. Поэтому люди делали ученую карьеру, говоря умные слова, но не будучи умными. Для ученых постмодернизм был подобен зыбучим пескам. Провалившись туда, выбраться практически невозможно. И чем сильнее бьешься, тем глубже затягивает. Кроме того, он казался неизменно заносчивым и самодовольным.
Относительность показала, чт мы живем в сложном и странном мире, где время и пространство не постоянны, а могут растягиваться под влиянием массы и движения.
Мы живем, постоянно имея под ногами твёрдую почву в качестве фиксированного начала координат, и поэтому думаем, будто где-то постоянно тикает некое незыблемое универсальное время.
Измерение времени и пространства зависит от используемой системы координат, при этом не существует «правильной» или «абсолютной» системы, которую мы могли бы закрепить.
Сегодня, когда мы знаем, насколько неубедительной была причина войны (имеется в виду Первая Мировая), такое воодушевление кажется странным. Британцы выступили на защиту Бельгии от Германии, вторгшейся в Россию и Францию в ответ на то, что Россия объявила войну Австро-Венгрии, которая напала на Сербию, после того как в Боснии серб застрелил австрийца. Путаная история - ученые и век спустя не пришли к согласию, отчего все так вышло.
Говорит ли человек о встрече с феями, ангелами, демонами или богами, зависит от того, какие из этих ярлыков считаются в его культуре более приемлемыми.
В сложные времена человек, не изменяя своим убеждениям, может превратиться из консерватора в опасного радикала, а затем в отсталого реакционера.
Постоянный экономический рост возможен только в отрыве от реальности.
Контркультурная молодежь могла сколько угодно мнить себя бунтарями и революционерами, но на деле она никак не угрожала капиталистической системе. То, что она меняла туфли на кроссовки, костюмы на кожаные штаны и сорочки на футболки с символикой Iron Maiden, не меняло ничего. Капитализму нет никакой разницы, хочешь ли ты купить пластинку Барри Манилоу или Sex Pistols. И он с радостью продает экологические продукты, путешествия к духовным памятникам и постеры с Че Геварой даже самым ярым антикапиталистам.Любые конфликты контркультуры с системой происходили только на эстетическом уровне и нисколько не мешали коммерции. Да и сама контркультура всегда оставалась предпринимательской. Стремление человека самоопределяться через новые и модные течения, его страх показаться неотесанным и отсталым весьма на руку безудержному консьюмеризму.