Слишком много энергии тратится на непривлекательных людей. Зачем спать с человеком, который тебя не возбуждает? Но люди так делают. Или делали. Нет, наверняка все еще делают.
После Прибытия мне постоянно хотелось что-то съесть - хуже, чем при беременности тройней, причем того, как раз того, чего уже никогда не отведать. Например, рожок с шоколадным мороженым. Замороженную пиццу. Или булочки с корицей, которые мама пекла утром по субботам. Картошку фри из "Макдоналдса". Бекон. Хотя нет, бекон еще не выпал из списка. Можно выследить кабанчика, зарезать, разделать, законсервировать мясо, поджарить. Мысль о беконе - о возможности его существования - вселяла надежду. Пропало не все, если бекон не пропал.
Без шуток.
Вот так и бывает. В нас можно любить хорошее и ненавидеть плохое, но плохое-то никуда не девается. Без этого мы не были бы людьми.
Граната не просто снесла замок, она сорвала ворота с петель. Они пролетели полдвора и теперь валяются возле памятника какому-то герою войны тех времен, когда у войн еще были герои. Ну, вы знаете, были времена, когда мы убивали друг друга по уважительным причинам.
Мне кажется, что Он скрестил руки на груди и повернулся ко мне спиной.
Интересно, не то же самое испытывал на ковчеге Ной? Говорит такой: "Хорошо, Господь, я реально тебе благодарен, но как же они?" А Господь ему: "Не задавай так много вопросов, Ной. Смотри! Я сделал тебе радугу!"
Я, как и ты, оптимист и неисправимый романтик. Я верю, что там, где есть жизнь, существует надежда.
"Прекрасная" - вот ещё одно слово, которым мы разбрасываемся по любому поводу. Лепим его ко всему подряд, от машин до лака для ногтей. И слово разрушается от банальщины. Но мир действительно прекрасен. Надеюсь, они об этом никогда не забудут. Мир прекрасен.
Чтобы победить, надо перетерпеть, но не только собственные страдания, но и чужие. Безразличие - высшее достижение эволюции, высшая ступень природной лестницы.
Даже самое долгое путешествие – это круг. История всегда будет возвращаться к своему началу.
Чистоплотность не всегда соседствует с благочестием, но чертовски близка к понятию "человечность".