Когда специалист в области искусственного интеллекта Себастьян Трун отправил электронное сообщение о том, что будет читать курс не только для студентов Стэнфорда, но для всех желающих, кто захочет услышать его через Интернет, его курс прослушали десятки тысяч человек. И более 400 из них получили более высокие оценки, чем лучшие студенты Стэнфорда.
Моя идея заключается в том, что не нужно бояться нового ви́дения ситуации, заключающегося в том, что генетическая составляющая интеллекта существует и что интеллект является развивающимся признаком ребенка, а не навязывается обществом. Это принцип меритократии, который вводит нас в мир, в котором люди устойчивы к промыванию мозгов, поскольку сами отвечают за свою судьбу. Горькая ирония войн между природой и воспитанием заключается в том, что мир, в котором все определяет воспитание, был бы несравнимо более жестоким, чем тот, где природа позволяет людям избежать неблагоприятных ситуаций благодаря их природным талантам.
Пытаться вырастить ребенка без моральных наставлений и рассчитывать, что он будет нормально себя вести, – все равно что не учить его латыни и надеяться, что он будет читать Вергилия. Смит осмелился с этим поспорить. Он утверждал, что мораль мало связана с обучением и апелляциями к разуму, а эволюционирует в голове каждого человека в процессе взаимного обмена между подрастающим человеком и обществом. Таким образом, мораль возникла на базе определенных аспектов человеческой натуры под действием социальных условий.
Геном, теперь уже прочитанный, является выразительным доказательством того, что порядок и сложность могут существовать без внешнего руководства.
«Мусорная ДНК» напоминает нам, что геном построен последовательностями ДНК и для последовательностей ДНК, а не телом и не для тела. Тело возникло в результате конкуренции между последовательностями ДНК в борьбе за выживание; тело – это аппарат, с помощью которого геном воспроизводит сам себя.
Не стоит правителю отвергать атрибуты власти, поскольку сама власть в немалой степени проистекает из этих атрибутов.
© Мелиссандра
Говорят, что честной сделкой бывают недовольны обе стороны.
Тот, кто ничего не делает, тоже рискует.
А ведь Винтерфелл так и не стал для него родным домом: он жил здесь заложником, и тень большого меча всегда разделяла их с лордом Эддардом. Лорд обращался с ним хорошо, но не проявлял никаких нежных чувств, зная, что воспитанника, возможно, однажды придется убить.
The only time a man can be brave is when he is afraid.