Несмотря на кипучую деятельность, Люси была поражена тишиной, висевшей над местом преступления. Проходившие все делали молча, с опущенными головами, как будто этим хотели выразить свое уважение к человеческой смерти. Так происходило всякий раз, когда жертвой преступников становились дети.
– Почему каждое красивое место, которое встречается на твоем пути, обязательно оказывается измазано дерьмом того, что в этом месте произошло? – задал риторический вопрос Флеминг.
– Пока о них помнят, люди не исчезают совсем.
...в Смутные времена у людей был клапан, через который они могли выпускать свой гнев, чтобы от него избавиться. Но времена эти закончились – а гнев не испарился в одночасье. Он так и остался, но теперь многие не могут избавиться от него так, как делали это раньше.– Ага, всякие там шествия, волнения и все такое…– Вот именно. Или просто безмолвная поддержка того, что происходило. Отказ видеть очевидное. Знаешь, люди могут иногда стать соучастниками происходящего, даже ничего не делая."
В жизни много непонятного.
Луций снова глянул на притихшего скворца в своей руке. Тот косился чёрными бусинами глаз. Сердце отчётливо билось в щуплой груди, под нитками косточек. Боялся. Луций же не чувствовал ничего, кроме горя и странной гулкой пустоты.
Он ухватил птицу за голову, свернул шею и бросил в кипящую жидкость далеко внизу, за каменным парапетом. Та сожрала пернатое тело в мгновение ока. Следом упали три щепотки земли из пластикового контейнера неподалеку.
— Хозяин космических глубин, прими эту смерть, — торопливо зашептал нелепые, заученные с детства слова…
Все эти "веришь не веришь", "уважаешь не уважаешь" обычно вели к какой-нибудь паршивой просьбе...
Сильные эмоции - первый симптом нестабильности.
С женщинами всегда было так: не успевали они появиться в доме, как тут же захватывали всю территорию - одеждой, безделушками, порядком на кухне. Волосами в раковине.
Решение есть у каждой проблемы - так её учили. Оно, конечно, может не нравиться, но оно существует.