- Знаете, – хмыкнул Герберт, – иногда у меня появляются фантазии. Ночь, наш дом, вы, одетые в кружевные сорочки…
– Я не хочу это слышать! – Кортни округлила глаза.
Но Герберт проигнорировал жену, продолжив:
- …одетые в кружевные сорочки, спите! В своих! Комнатах! Не ввязываетесь в очередное приключение! Не бегаете от маньяков! А просто спите, каждая в своей комнате, с запертыми окнами, дверями, вентиляционными шахтами! И я сплю! А не вытаскиваю вас из подвалов, не закапываю трупы и не гоняюсь за психами!
Словесный ниндзя - это тот, кто использует слова как оружие. Что бы вы ни сказали, они ответят вам потоком оскорблений. Считаете себя умным? Я бы на вашем месте не был бы так уверен: словесный ниндзя непременно ранит вас своими колкими замечаниями.
Для отцов должна существовать одиннадцатая заповедь. Не кради, не лжесвидетельствуй… не уходи из семьи, чтобы через четыре года вернуться в роли пафосного телеведущего.
Когда-то она была нормальной – настолько, насколько сестры вообще бывают нормальными. Но все изменилось, когда ей стукнуло тринадцать. Именно тогда Грейс стала словесным ниндзей. Словесный ниндзя – это тот, кто использует слова как оружие.
Я хочу стать первым из людей, кто совершит полёт на Луну в одиннадцать лет. Когда я прилечу туда, то скажу: "Это совсем маленький шаг для человека и огромная головная боль для его мамы".
В семь лет кажется, что "навсегда" - это на неделю или месяц.
Как же я ошибался.
Навсегда значило навсегда.
Папа все ещё работает на телевидении, но теперь я смотрю телевизор гораздо реже. Видеть отца - словно сдирать корочку с болячки. Я раз за разом делаю это, и потом какое-то время мне очень больно. А результате я никак не могу исцелиться.
Папино дерево, которое я выращиваю в своей душе, все еще живо, но ветки так гнутся и ломаются, что мне страшно: оно того и гляди расколется пополам.
Ты начал другую жизнь с другими людьми, и это неплохо, но нельзя забывать старых. Ну, не в смысле стариков, но думаю, ты и так меня понял. Мы же живые люди, папа. Мы ждали, когда ты вернешься. Во всяком случае, я ждал. И от этого мне грустно.
"Ничего прекрасней нет, чем праздновать восемь лет".
"До девяти дорос - держи повыше нос".
"Поздравлять весь мир тебя кинется, когда стукнет тебе одиннадцать".