Любая самоотверженность имеет пределы.
Пощечина, полученная от любимой женщины, — это подарок, будет о чем вспомнить на старости лет.
— Обидеть женщину — значит получить особое право.Энцо посмотрел на него вопросительно.— Право попросить прощения.
— Послушайте меня, юноша. Я не читаю журнал «Мари Клер», но скажу вам точно: в любви немного сладкого сиропчика не помешает.
— …Девчонка, которая с ним танцует…— Ты про ту, что к нему прилипла?— Да. Ей четырнадцать лет.— Да?Кажется, это впечатлило Энцо, но ненадолго:— Не парься, Клебер. Корантен у нас не сильно шустрый. Пока раскачается — она уже будет совершеннолетней.
Книжная полка, уставленная фотографиями, тщательно отобранными, вставленными в рамки, доказательствами их счастливой, насыщенной жизни. Вот, смотрите, как мы любим друг друга и весь мир, как мы стройны, как веселы!
Она представила, что впереди у нее много-много сотен дней, и сразу как-то устала от этого. Невозможно было подумать, что проживешь еще год. День за днем, день за днем... Встаешь на работу... Душ, завтрак, фен. Едешь по пробкам в час пик. Газ... Тормоз... Газ... Потом в офис, через лабиринт совершенно одинаковых клетушек. "Доброе утро!", "Привет!", "Доброе!", "Как дела?". Встречи... Звонки... Обед... Снова встречи... Щелканье клавишами на клавиатуре... Электронная почта... Кофе... На машине с работы... Спортзал... Ужин... Телевизор... Счета... Домашние дела... Встреча с друзьями... Хи-хи, ха-ха, болтовня... Ну и для чего все это?
Раньше она думала, что в тридцать три года она станет наконец взрослой, будет делать что захочет, будет водить хорошенькую машину и ездить на ней куда захочет, а все, что в жизни есть тяжелого и неприятного, рассосется и исчезнет само собой.
В этот момент в кухню неуверенной походкой вошло маленькое создание в розовой пижамке, прикладываясь к пустой бутылочке, словно алкаш ангельского вида.
– У тебя вообще есть свое мнение? – Не-а.