Проблема семьи в том, что из тебя делают типаж, – заметил вчера вечером Чарли, легко коснувшись сзади ее шеи. – Я голос здравого смысла. Но иногда не возражал бы стать голосом нездравого смысла.
Ты с ума сошел. Чтобы она робела?
Нет, – подумала она. – Не считаю я, что это правильно. Но с другой стороны… Нам ли считать, что это неправильно?
– Нет… Я не хочу с тобой порывать. Мне нравятся твои ресницы.Чарли шумно выдохнул и расслабил плечи.– Вот и хорошо. – А затем с улыбкой добавил: – А мне – твои ноги.
Джемма думала: по крайней мере, Кэт точно знает, чего хочет. Она хочет Дэна и ребенка. А еще «феррари», дом у моря, итальянский кожаный пиджак Лин и чтобы какого-то мужчину из «Холлингдейл чоколейтс» переехал автобус.Коротко и ясно. Ни сомнений. Ни колебаний. Ни ночей, когда не спится оттого, что все никак не находится волшебная формула настоящего счастья. Даже если сейчас у нее не было именно того, чего ей хотелось, она точно знала, что ей нужно. Джемма не могла себе представить чувства более мирного или экзотического.
Понять и принять себя, отказавшись от своих корней, невозможно. Мы дети своих родителей, какими бы плохими людьми они нам ни казались. В этом наша слабость, и в этом же наша сила.
Чем сильнее умеет переживать душа, тем меньше болеет тело.
Рейвен давно уловил смену моего настроения и сразу переключился с эфемерного женского кокетства на вещи более реальные и ценные - пластиковых коняшек и нарисованные замки.
Трудно найти свой способ выражать женственность, крайности подстерегают на каждом шагу или ты скучный серый чулок, или блудница.
Жизнь без сомнений так же фальшива, как жизнь без проявления инициативы.