Мои цитаты из книг
Но постепенно поцелуй становился жарче, и этот жар безудержным потоком растекался по телу. Начиная задыхаться, я вдруг стала легкой и упала на спинку кресла. В то время как резко обмякшее тело по-прежнему оставалось в руках Джаяра.
– Инира? – удивился арэйн, переводя взгляд с меня бессознательной на меня эфирную, ту, в которой теперь и находилось ошеломленное сознание.
Похоже, от переизбытка эмоций я невольно использовала магию арэйнов Эфира!
В этот момент в дверь постучали.
О нет, если меня здесь увидят, это будет катастрофа! Перепугавшись, я рванула к телу, но почему-то пролетела мимо него и врезалась в Джаяра. В панике я вновь попыталась вернуться, однако опять безуспешно. На этот раз я пролетела сквозь кресло, ощутив сопротивление его эфирной основы, отчего-то меня не остановившей, и рухнула на пол. К счастью, на первый этаж не провалилась.
– Джая-а-ар, – протянула я громким шепотом. – Спрячь мое тело, быстро!
От всего произошедшего арэйн опешил, не зная, то ли поддерживать оставшееся без сознания тело, то ли аккуратно где-нибудь его положить, то ли бежать меня полупрозрачную поднимать. Просьба помогла Джаяру определиться, однако теперь перед ним встала другая проблема – вопрос, куда деть мое тело, отчетливо читался в его взгляде.
– Может, в шкаф запихать попробуешь? – Если б меня не выкинуло из тела, сама бы залезла туда и устроилась стоя. А так... разве что пополам сложить?
Много лет, с самого детства, Инира ждала этого момента. Немного боялась, порой терялась в сомнениях и утрачивала веру, но не прекращала ждать. Вот только она даже не догадывалась о последствиях. Не знала, что придется отправиться в мир арэйнов, которые ненавидят таких, как она. Не подозревала, что раскроется тайна, хранимая родителями со дня ее рождения. Не думала Инира, что все ее представления о мире вмиг перевернутся с ног на голову, а драгоценная цель вдруг потеряет свою привлекательность… ...
Я отстранилась сама, подошла к парапету, похлопала по нему руками, словно проверяя на прочность, и предложила с веселой улыбкой:
– Не поможешь забраться на него?
– С ума сошла? – спросил Джаяр мрачно, однако я возликовала. Он не казался отстраненным, не блуждал в своих мыслях, накручивая себя, сейчас он действительно был здесь! А хмурость… как же похож он на взрослого, который беспокоится из-за очередной выходки неразумного ребенка!
– Ну Джаяр, ты же меня поддержишь? Я не упаду! – создавая образ беззаботной веселости, начала уговаривать я.
– Нет.
– Что «нет»? Не упаду? Так и я о том же!
– Инира! Я не собираюсь…
– Джаяр, если мне не поможешь ты, я попрошу Тилара. А вдруг он, такой хилый, не удержит меня? Если он меня уронит, это будет на твоей совести!
Перед такой аргументацией, больше похожей на угрозу, Джаяр не выстоял, а скорее всего, просто решил, что легче выполнить просьбу, чем терпеть мои уговоры несколько часов, а потом все равно согласиться.
Много лет, с самого детства, Инира ждала этого момента. Немного боялась, порой терялась в сомнениях и утрачивала веру, но не прекращала ждать. Вот только она даже не догадывалась о последствиях. Не знала, что придется отправиться в мир арэйнов, которые ненавидят таких, как она. Не подозревала, что раскроется тайна, хранимая родителями со дня ее рождения. Не думала Инира, что все ее представления о мире вмиг перевернутся с ног на голову, а драгоценная цель вдруг потеряет свою привлекательность… ...
– Стоп! – перебила я. – Вот этот момент меня тоже беспокоит. Ты хочешь сказать, что собрался на мне экспериментировать? Я буду применять заклинания, которые никто никогда не применял? Это же опасно!
– Да не очень!
Много лет, с самого детства, Инира ждала этого момента. Немного боялась, порой терялась в сомнениях и утрачивала веру, но не прекращала ждать. Вот только она даже не догадывалась о последствиях. Не знала, что придется отправиться в мир арэйнов, которые ненавидят таких, как она. Не подозревала, что раскроется тайна, хранимая родителями со дня ее рождения. Не думала Инира, что все ее представления о мире вмиг перевернутся с ног на голову, а драгоценная цель вдруг потеряет свою привлекательность… ...
Невозможно изменить свое происхождение, зато можно изменить свои взгляды.
Много лет, с самого детства, Инира ждала этого момента. Немного боялась, порой терялась в сомнениях и утрачивала веру, но не прекращала ждать. Вот только она даже не догадывалась о последствиях. Не знала, что придется отправиться в мир арэйнов, которые ненавидят таких, как она. Не подозревала, что раскроется тайна, хранимая родителями со дня ее рождения. Не думала Инира, что все ее представления о мире вмиг перевернутся с ног на голову, а драгоценная цель вдруг потеряет свою привлекательность… ...
ВстречаИ странной близостью
закованный...
А. БлокТоска, и тайна, и услада...
Как бы из зыбкой черноты
медлительного маскарада
на смутный мост явилась ты.И ночь текла, и плыли молча
в ее атласные струи
той черной маски профиль волчий
и губы нежные твои.И под каштаны, вдоль канала,
прошла ты, искоса маня;
и что душа в тебе узнала,
чем волновала ты меня?Иль в нежности твоей минутной,
в минутном повороте плеч
переживал я очерк смутный
других - неповторимых - встреч?И романтическая жалость
тебя, быть может, привела
понять, какая задрожала
стихи пронзившая стрела?Я ничего не знаю. Странно
трепещет стих, и в нем - стрела...
Быть может, необманной, жданной
ты, безымянная, была?Но недоплаканная горесть
наш замутила звездный час.
Вернулась в ночь двойная прорезь
твоих - непросиявших - глаз...Надолго ли? Навек? Далече
брожу и вслушиваюсь я
в движенье звезд над нашей встречей...
И если ты - судьба моя...Тоска, и тайна, и услада,
и словно дальняя мольба...
Ещё душе скитаться надо.
Но если ты - моя судьба...
В настоящем издании представлено наиболее полное собрание стихов Владимира Набокова. Отбор был сделан самим автором, однако увидеть книгу в печати он не успел. Сборник вышел в 1979 году в американском издательстве «Ардис» с лаконичным авторским названием – «Стихи»; в предисловии, также включенном в наше издание, Вера Набокова определила главную тему набоковского творчества: «Я говорю о потусторонности, как он сам ее называл…», той тайне, «которую он носит в душе и выдать которую не должен и не...
РасстрелБывают ночи: только лягу,
в Россию поплывет кровать,
и вот ведут меня к оврагу,
ведут к оврагу убивать. Проснусь, и в темноте, со стула,
где спички и часы лежат,
в глаза, как пристальное дуло,
глядит горящий циферблат. Закрыв руками грудь и шею,-
вот-вот сейчас пальнет в меня -
я взгляда отвести не смею
от круга тусклого огня. Оцепенелого сознанья
коснется тиканье часов,
благополучного изгнанья
я снова чувствую покров. Но сердце, как бы ты хотело,
чтоб это вправду было так:
Россия, звезды, ночь расстрела
и весь в черемухе овраг. 1927, Берлин
В настоящем издании представлено наиболее полное собрание стихов Владимира Набокова. Отбор был сделан самим автором, однако увидеть книгу в печати он не успел. Сборник вышел в 1979 году в американском издательстве «Ардис» с лаконичным авторским названием – «Стихи»; в предисловии, также включенном в наше издание, Вера Набокова определила главную тему набоковского творчества: «Я говорю о потусторонности, как он сам ее называл…», той тайне, «которую он носит в душе и выдать которую не должен и не...
...И все, что было, все, что будет,
и золотую жажду жить,
и то бессонное, что нудит
на звуки душу разложить, все объясняли, вызывали
глаза возлюбленной земной,
когда из сумрака всплывали
они, как царство, предо мной. 18. 1. 23.
В настоящем издании представлено наиболее полное собрание стихов Владимира Набокова. Отбор был сделан самим автором, однако увидеть книгу в печати он не успел. Сборник вышел в 1979 году в американском издательстве «Ардис» с лаконичным авторским названием – «Стихи»; в предисловии, также включенном в наше издание, Вера Набокова определила главную тему набоковского творчества: «Я говорю о потусторонности, как он сам ее называл…», той тайне, «которую он носит в душе и выдать которую не должен и не...
Поэт
Среди обугленных развалин,
средь унизительных могил -
не безнадежен, не печален,
но полон жизни, полон сил - с моею музою незримой
так беззаботно я брожу
и с радостью неизъяснимой
на небо ясное гляжу. Я над собою солнце вижу
и сладостные слезы лью,
и никого я не обижу,
и никого не полюблю. Иное счастье мне доступно,
я предаюсь иной тоске,
а все, что жалко иль преступно,
осталось где-то вдалеке. Там занимаются пожары,
там, сполохами окружен,
мир сотрясается, и старый
переступается закон. Там опьяневшие народы
ведет безумие само,-
и вот на чучеле свободы
бессменной пошлости клеймо. Я в стороне. Молюсь, ликую,
и ничего не надо мне,
когда вселенную я чую
в своей душевной глубине. То я беседую с волнами,
то с ветром, с птицей уношусь
и со святыми небесами
мечтами чистыми делюсь. 23 октября 1918
В настоящем издании представлено наиболее полное собрание стихов Владимира Набокова. Отбор был сделан самим автором, однако увидеть книгу в печати он не успел. Сборник вышел в 1979 году в американском издательстве «Ардис» с лаконичным авторским названием – «Стихи»; в предисловии, также включенном в наше издание, Вера Набокова определила главную тему набоковского творчества: «Я говорю о потусторонности, как он сам ее называл…», той тайне, «которую он носит в душе и выдать которую не должен и не...
Бабочка (Vanessa aniiopa)Бархатно-черная, с теплым отливом сливы созревшей,
вот распахнулась она; сквозь этот бархат живой
сладостно светится ряд васильково-лазоревых зерен
вдоль круговой бахромы, желтой, как зыбкая рожь.
Села на ствол, и дышат зубчатые нежные крылья,
то припадая к коре, то обращаясь к лучам...
О, как ликуют они, как мерцают божественно! Скажешь:
голубоокая ночь в раме двух палевых зорь.
Здравствуй, о, здравствуй, греза березовой северной рощи!
Трепет, и смех, и любовь юности вечной моей.
Да, я узнаю тебя в Серафиме при дивном свиданье,
крылья узнаю твои, этот священный узор.
1917-1922
В настоящем издании представлено наиболее полное собрание стихов Владимира Набокова. Отбор был сделан самим автором, однако увидеть книгу в печати он не успел. Сборник вышел в 1979 году в американском издательстве «Ардис» с лаконичным авторским названием – «Стихи»; в предисловии, также включенном в наше издание, Вера Набокова определила главную тему набоковского творчества: «Я говорю о потусторонности, как он сам ее называл…», той тайне, «которую он носит в душе и выдать которую не должен и не...
Посланный мудрейшим властелином
страстных мук изведать глубину,
тот блажен, кто руки сложит клином
и скользнет, как бронзовый, ко дну.Там, исполнен сумрачного гуда,
средь морских свивающихся звезд,
зачерпнет он раковину: чудо
будет в ней, лоснящийся нарост.И тогда он вынырнет, раздвинув
яркими кругами водный лоск,
и спокойно улыбнется, вынув
из ноздрей побагровевший воск.Я сошел в свою глухую муку,
я на дне. Но снизу, сквозь струи,
все же внемлю шелковому звуку
уносящейся твоей ладьи.
В настоящем издании представлено наиболее полное собрание стихов Владимира Набокова. Отбор был сделан самим автором, однако увидеть книгу в печати он не успел. Сборник вышел в 1979 году в американском издательстве «Ардис» с лаконичным авторским названием – «Стихи»; в предисловии, также включенном в наше издание, Вера Набокова определила главную тему набоковского творчества: «Я говорю о потусторонности, как он сам ее называл…», той тайне, «которую он носит в душе и выдать которую не должен и не...