Мои цитаты из книг
Время помогает не забыть, а свыкнуться.
Двадцатилетняя Жюли, героиня нового романа Аньес Ледиг «За полшага до счастья», давно не верит в сказки. Разве кассирше в супермаркете, которая в одиночку растит ребенка, есть дело до фей и прекрасных принцев?! Ее единственная радость – маленький Люк. Именно ради сынишки она решает принять неожиданное приглашение незнакомца провести несколько дней в Бретани, в его доме на берегу моря. Но как узнать, что за этим стоит – улыбка фортуны или очередная пакость судьбы… Страницы удивительно светлой...
Он снова погрузился в чтение, справедливо рассудив, что лучше быть захваченным выдуманной историей, а не мусолить собственную.
Двадцатилетняя Жюли, героиня нового романа Аньес Ледиг «За полшага до счастья», давно не верит в сказки. Разве кассирше в супермаркете, которая в одиночку растит ребенка, есть дело до фей и прекрасных принцев?! Ее единственная радость – маленький Люк. Именно ради сынишки она решает принять неожиданное приглашение незнакомца провести несколько дней в Бретани, в его доме на берегу моря. Но как узнать, что за этим стоит – улыбка фортуны или очередная пакость судьбы… Страницы удивительно светлой...
...судьба прокладывает свой путь. А ты следуешь ему или нет. Но если не идти по ее следам, в конце концов потеряешься.
Двадцатилетняя Жюли, героиня нового романа Аньес Ледиг «За полшага до счастья», давно не верит в сказки. Разве кассирше в супермаркете, которая в одиночку растит ребенка, есть дело до фей и прекрасных принцев?! Ее единственная радость – маленький Люк. Именно ради сынишки она решает принять неожиданное приглашение незнакомца провести несколько дней в Бретани, в его доме на берегу моря. Но как узнать, что за этим стоит – улыбка фортуны или очередная пакость судьбы… Страницы удивительно светлой...
admin
добавил цитату
из книги
«Пушкин. Бродский. Империя и судьба. Том 1. Драма великой страны»
7 лет назад
"История на самом деле ничему не учит прямо. Познание ее дает лишь возможность накопления духовного опыта, исходя из которого мы и поступаем так или иначе. И не более того..."
Первая книга двухтомника «Пушкин. Бродский. Империя и судьба» пронизана пушкинской темой. Пушкин – «певец империи и свободы» – присутствует даже там, где он впрямую не упоминается, ибо его судьба, как и судьба других героев книги, органично связана с трагедией великой империи. Хроника «Гибель Пушкина, или Предощущение катастрофы» – это не просто рассказ о последних годах жизни великого поэта, историка, мыслителя, но прежде всего попытка показать его провидческую мощь. Он отчаянно пытался...
Постмодернизм — это отчет перед инстанцией Высшей философии о результатах служебной командировки в зону общедоступной культуры, полуфабрикатной истины и «свободы», прекрасно чувствующей себя на поводке политкорректности.
Книга Александра Секацкого посвящена анализу важнейших процессов современности. Здесь представлена новая философия денег, исследуется тихая революция в сфере эротики и сексуальности, очерчиваются контуры новообретенной синтетической медиа-среды. Словом, автор дает абрис того мира, в котором все меньше места остается подлинному, «классическому» субъекту, однако пришедший ему на смену хуматон как последняя версия человеческого в человеке чувствует себя в этой новой реальности словно рыба в воде....
Автор — важнейшая на сегодняшний день ипостась субъекта, едва ли не единственная еще не исчерпавшая своей внутренней силы.
Книга Александра Секацкого посвящена анализу важнейших процессов современности. Здесь представлена новая философия денег, исследуется тихая революция в сфере эротики и сексуальности, очерчиваются контуры новообретенной синтетической медиа-среды. Словом, автор дает абрис того мира, в котором все меньше места остается подлинному, «классическому» субъекту, однако пришедший ему на смену хуматон как последняя версия человеческого в человеке чувствует себя в этой новой реальности словно рыба в воде....
Какие бы эталоны «настоящего мужского» ни предполагались для подражания и внедрения в жизнь — пить все, что горит, трахать все, что шевелится, получать неземной кайф от футбола, давать в морду всякому, кто чем-то не понравился, — все они нисколько не похожи на спонтанные выбросы бессознательного, в них отчетливо видны следы самого тщательного культивирования.
Книга Александра Секацкого посвящена анализу важнейших процессов современности. Здесь представлена новая философия денег, исследуется тихая революция в сфере эротики и сексуальности, очерчиваются контуры новообретенной синтетической медиа-среды. Словом, автор дает абрис того мира, в котором все меньше места остается подлинному, «классическому» субъекту, однако пришедший ему на смену хуматон как последняя версия человеческого в человеке чувствует себя в этой новой реальности словно рыба в воде....
Да, реальные подростки, адепты скейтинга, боулинга, пирсинга и фаст-факинга и вообще все те, кого можно назвать обобщающим термином «сникерснутые» (все сникерснутое поколение в целом), отнюдь не таковы. Они, реальные, агрессивны, нечистоплотны и вообще предельно закомплексованы. Но. Среди них действительно попадаются, и чем дальше, тем чаще, узнаваемые по клипам и постерам персонажи на скейтах, которые, и это сразу видно, действительно любят кататься и ненавидят потеть, чарующе самодостаточные в проявлениях своего бытия.
Книга Александра Секацкого посвящена анализу важнейших процессов современности. Здесь представлена новая философия денег, исследуется тихая революция в сфере эротики и сексуальности, очерчиваются контуры новообретенной синтетической медиа-среды. Словом, автор дает абрис того мира, в котором все меньше места остается подлинному, «классическому» субъекту, однако пришедший ему на смену хуматон как последняя версия человеческого в человеке чувствует себя в этой новой реальности словно рыба в воде....
Свое считывается с ленты новостей или с ленты доступной массовой культуры без реального освоения. Выбор в переключении каналов или посещении того или иного сайта, конечно, есть, но он не выходит из плоскости конвертируемых обменов, не распространяется на посещение консерватории, монастырской библиотеки или театра военных действий. Свое несобственное— так будет точнее называть духовные принадлежности хуматонов.
Книга Александра Секацкого посвящена анализу важнейших процессов современности. Здесь представлена новая философия денег, исследуется тихая революция в сфере эротики и сексуальности, очерчиваются контуры новообретенной синтетической медиа-среды. Словом, автор дает абрис того мира, в котором все меньше места остается подлинному, «классическому» субъекту, однако пришедший ему на смену хуматон как последняя версия человеческого в человеке чувствует себя в этой новой реальности словно рыба в воде....
Накопление признаков маразма за фасадом благополучной внешности дополняется заметным ростом детского аутизма, в свою очередь , оказывающего влияние на структуру общественного сознания. Изменяются потребительские предпочтения, прежде всего в том, что традиционно принято было называть духовной сферой. Коллективная инстанция вкуса уверенно смещается в сторону наивного выбора ребенка. По всем фронтам идет наступление "вторичной наивности", и в полном соответствии с симптомами болезни Альцгеймера теряется способность узнавания родных и близких (их всё больше путают с первыми встречными), способность быть благодарным к тем, кто этого заслуживает, наконец, способность к самостоятельному выбору жизненных ценностей, не раз спасавшая западную цивилизацию от наваждений.
Книга Александра Секацкого посвящена анализу важнейших процессов современности. Здесь представлена новая философия денег, исследуется тихая революция в сфере эротики и сексуальности, очерчиваются контуры новообретенной синтетической медиа-среды. Словом, автор дает абрис того мира, в котором все меньше места остается подлинному, «классическому» субъекту, однако пришедший ему на смену хуматон как последняя версия человеческого в человеке чувствует себя в этой новой реальности словно рыба в воде....