Не бойся, тут все растеряны. Некоторые это понимают, другие — нет. Займись тем, что видишь перед носом, а про остальное пока забудь.
Дарования, как и Добродетели, не так-то легко получить, и Сомнения нелегко одолеть, а Голод всегда гонит человека вперед и вверх.
— С каких это пор говорить правду стало наглостью?
Имена, отяжелевшие от славы и горькие от цинизма, которым живёт всякая армия.
Может быть, умирая, мы оставляем все привычные игры и всё напускное притворство пляски жизни.
Всегда есть риск узнать слишком много.
Правила ничуть не изменились: те, чьими руками и чьей кровью империя раздвигает свои пределы, время от времени должны исчезать.
В трёх тысячах миль отсюда, в военном штабе имперской столицы, в Унте, безымянный секретарь вычеркнет красными чернилами Вторую армию из списка действующего состава, а после припишет рядом мелким почерком: «Крепь, конец зимы, 1163-й год Сна Огни». Так будет отмечена смерть девяти тысяч мужчин и женщин. А потом — позабыта.
Предательство по меркам Раллика было тягчайшем из преступлений, потому что предательство брало всё, что оставалось в жертве человеческого, и превращало в боль. На фоне такой боли само убийство становилось милостью: смерть приходит быстро и избавляет от муки и отчаяния жизни, лишённой надежды.
Вы можете привыкнуть к порядку, создав привычный ритуал. К примеру, вы никогда не оставляете ваши шлепанцы на одном и том же месте. Тогда выберите для них место и возьмите в привычку оставлять их там каждый вечер. Скажем, в ногах кровати. Этот метод можно практиковать по отношению к любым вашим вещам: обуви, пальто, газетам, журналам и т. д.