— Женщин в расчет не принимают, — сказал Султан. — Поэтому поступать по отношению к ним нечестно попросту невозможно.
Абдулла не стал преклонять колени. Он последовал обычаям Занзиба и упал ниц. К тому же он очень устал и рухнуть со страшным грохотом лицом вниз ему было проще всего.
— Самое огорчительное в пребывании над облаками заключается в том, что здесь нет никакой погоды и завязать светскую беседу нам не о чем.
– Ты ведешь себя как ребенок, – усмехнулся джинн. – Или как герой. Или, вероятно, как безумец.
– Нет, как реалист, – возразил Абдулла.
Не думайте, что я вас не понимаю: вы человек молодой, нетерпеливый, вот еще любимую девушку потеряли, – естественно, вам кажется, будто Судьба против вас ополчилась. Поверьте мне, большую часть времени Судьбу никто особенно не волнует.
Правила хорошего тона не позволяют хвалить самого себя.
Софи и Хоул продолжали жить в бродячем замке - надо сказать не без ссор, хотя, поговаривали, это соответствовало их представлениям о счастье.
- Он лучший волшебник в Ингарии и вообще на свете. Было бы у него время - и он одолел бы того ифрита. И он хитрый, самовлюбленный и чванливый, как павлин, и его невозможно заставить сделать что бы то ни было...
-Правда? - спросил Абдулла. - Как странно, что вы, прекраснейшая из прелестниц, с такой гордостью оглашаете перечень столь неприятных пороков...
- Почему, собственно, пороков? - сердито переспросила Софи. - Я просто описываю Хоула какой он есть!
Один из тех двоих, которые выпрыгнули перед солдатом, почти сразу же получил весьма пикантное увечье и согнулся пополам, чтобы поразмыслить над ним.
— А я хочу замуж и десять детей.— Но ты же еще маленькая! — удивилась Софи.— Пока что да, — согласилась Марта, — Только, понимаешь, если хочешь успеть родить десятерых, начинать надо пораньше.