Если какая-либо эмоция не способна изменить обстоятельства или ситуацию, в которой вы оказались, вероятнее всего, эта эмоция бесполезна или даже разрушительна.
Мозг, роднящий нас с оленем, убеждает убегать, когда ситуация слишком опасна. И мы бежим. Порой прямо под колеса автомобиля.
– Но вы все-таки постарайтесь не умереть. Я – единственный человек, умеющий общаться с призраками в этом дворце. Так что в случае чего вы все равно придете именно ко мне.
Я снова шагнула к двери, но Эстли меня опередил.
– Не беспокойтесь, – безмятежно заверил он, проходя мимо. И, наклонившись к самому моему уху, пояснил: – Меня не убьют. Впрочем, – добавил он, оказавшись у выхода, – это не дает гарантии того, что я не стану преследовать вас по ночам.
– Вообще-то – только никому не говори! – заговорщицки наклонился ко мне он. – Пара-тройка несчастных случаев в этом мире произошла и без моей помощи.
Я покосилась на него с откровенным скептицизмом.
На поверку оказалось, что повешение — дело непростое. Это только так кажется, что взял верёвку, завязал петлю, просунул голову — и готово. Увы, каждый из этих этапов требовал сноровки, которая, как известно, приходит исключительно с опытом. Выходило, что удачно повеситься можно лишь раза с двадцатого.
– Так я же разобьюсь! – не унимался он.
Я и бровью не повела.
– Ну и что? Полагаете, труп будет заметен из окна и скомпрометирует леди Альмиконте? Так мы можем забросать его каким-нибудь тряпьем.
«Хорошо, что мы не остановились на варианте выпадения любовника из окна, – подумала я. – Сейчас бы он обнаружил труп и наверняка подумал бы что-нибудь нехорошее».
- Раскройте мне одну маленькую тайну. Переодевание мужчин в женские платья - это хобби или патология?
- Когда-нибудь узнаете, - многообещающе улыбнулась я.
Рaзумеется, я был прaв, - без тени сомнения подтвердил он. - А в чём именно?
— Человек, всеми силами стремящийся доказать окружающим, что он умнее всех, непременно выставит себя на посмешище без посторонней помощи.