Мои цитаты из книг
Он же, будучи поэтом, любил всех женщин, или, так сказать, женщину вообще. К тому же, если он доходил до уровня сильного опьянения, а много для этого не требовалось, он становился трудным собеседником, так как заплетающимся языком переходил к теме своей гениальности и уже исключительно этой темы придерживался.
Он был абсолютно убежден, что со временем ему в городе поставят памятник. Может, и стоит когда-нибудь это сделать. Поставить ему памятник. Так на нем и написать: «Александр Брунько, поэт. От ростовской интеллигенции. Наш друг, которого мы не могли спасти. А что мы вообще могли спасти?» И даты жизни.
Вампирские страсти взрывают тихую жизнь советского села. Где-то там космонавтов запускают, искусственный интеллект в помощь обычному создают и опережают в области балета весь мир. А тут человек встал из могилы и пьет кровь. Развитой социализм на дворе, разве так можно? Партийные органы должны реагировать, а как? Попа звать? Но что-то надо делать, потому что очень страшно. Вампир берет себе женщину, из университетских, приехавших из города. Ослепленный страстью местный милиционер идет по следам –...
– Пока тихо все, а если он опять начнет, что мы людям скажем?
– Сказать как есть: партия развела вампиров, а расхлебывать зовет попов!
Вампирские страсти взрывают тихую жизнь советского села. Где-то там космонавтов запускают, искусственный интеллект в помощь обычному создают и опережают в области балета весь мир. А тут человек встал из могилы и пьет кровь. Развитой социализм на дворе, разве так можно? Партийные органы должны реагировать, а как? Попа звать? Но что-то надо делать, потому что очень страшно. Вампир берет себе женщину, из университетских, приехавших из города. Ослепленный страстью местный милиционер идет по следам –...
Я вампира полюбила —
Кровососа злобного,
Говорят, он не мужик,
Да ничего подобного.≈Угостила самогоном
Я вампира страшного,
А он вместо крови пьет теперь
Рассол после вчерашнего.
И-и-и!!!≈У меня была с вампиром
Встреча интересная,
Ничего, что он мертвец,
Я сама не местная.
И-и-и!!≈По деревне наш вампир
С девками злодействует,
Наша партия родная
На него не действует.
И-и-и!!!≈Как у нашего вампира
Очень острые клыки,
Он меня сегодня ночью
Пригласил на шашлыки.
И-и-и!!!≈Молоко и помидоры
Наш совхоз стране дает,
И у нашего вампира
По команде хрен встает.
И-и-и!!!≈Мне с вампиром темной ночью
Довелося встретиться,
У вампира в темноте
Яйца ярко светятся.
И-и-и!!!≈Их гнилая заграница
От обиды обоссытся,
Вот советский наш вампир,
Нам завидует весь мир.
И-и-и!!!≈Я вампира полюбила,
Только раз ему дала,
Он пошел к себе в могилу,
Я к себе домой пошла.
Вампирские страсти взрывают тихую жизнь советского села. Где-то там космонавтов запускают, искусственный интеллект в помощь обычному создают и опережают в области балета весь мир. А тут человек встал из могилы и пьет кровь. Развитой социализм на дворе, разве так можно? Партийные органы должны реагировать, а как? Попа звать? Но что-то надо делать, потому что очень страшно. Вампир берет себе женщину, из университетских, приехавших из города. Ослепленный страстью местный милиционер идет по следам –...
В общем, поехали мы с поэтом в Багаевку за пивом. За мостом тормознули грузовик с арбузами – доехали до трассы. Водитель все жаловался, что арбузы плохо погрузили.
– Научные работники, – ворчал он, – руки из жопы растут, кандидат наук, два аспиранта, квалифицированная рабочая сила, бля…
Вампирские страсти взрывают тихую жизнь советского села. Где-то там космонавтов запускают, искусственный интеллект в помощь обычному создают и опережают в области балета весь мир. А тут человек встал из могилы и пьет кровь. Развитой социализм на дворе, разве так можно? Партийные органы должны реагировать, а как? Попа звать? Но что-то надо делать, потому что очень страшно. Вампир берет себе женщину, из университетских, приехавших из города. Ослепленный страстью местный милиционер идет по следам –...
Лучше даже приучить их к тому, что ты есть, но ты никого не трогаешь. Так им кажется. Ну мало ли, как ты питаешься! Есть коровы, лошади, собаки – полно также диких животных, но главное – людей ты вроде бы не трогаешь, и они к этому начинают привыкать. Ну, в конце концов, вампир и вампир. Люди вообще разные бывают. Одного в тюрьме пидаром сделали, другой – псих, по ночам ходит по крыше, третьему нравится кошек вешать. Об алкоголиках я вообще не говорю. А этот – вампир! Ну вампир и вампир, и что?
Вампирские страсти взрывают тихую жизнь советского села. Где-то там космонавтов запускают, искусственный интеллект в помощь обычному создают и опережают в области балета весь мир. А тут человек встал из могилы и пьет кровь. Развитой социализм на дворе, разве так можно? Партийные органы должны реагировать, а как? Попа звать? Но что-то надо делать, потому что очень страшно. Вампир берет себе женщину, из университетских, приехавших из города. Ослепленный страстью местный милиционер идет по следам –...
Самое худшее, что вы можете сделать, это назвать свою фотографию «Без названия», потому что тогда не будет никакого ее отличия от другого изображения.
Фотографии как продукту техники предстояло стать не только бессменным ассистентом науки, но и преемником искусств. Она совершила прямой переход от идеализма абстракции к натурализму жизни, сделавшись их воплощенным тождеством. Чудесно удобным – до незаметности, простым и надежным. И безвозвратно вовлекла все объективности в «густую сеть отношений эквивалентности» (определение психики З.Фрейдом). По мере развития фотографии чудесные встречи с миром стали повседневной рутиной. И в конце концов...
Вкус победы всегда приправлен ядом потерь.
Анастасия Волконская — эксперт-оперативник Следственного Департамента, нежная барышня с таинственным прошлым, неясным будущим и множеством загадок в настоящем. В их разгадывании и заключается работа Анастасии.
Но загадка загадке рознь. Сумеет ли госпожа эксперт решить ребус по имени князь Даниил Северов, советник-посланник соседнего государства? Или это он разгадает тайны Анастасии, заставив сделать выбор между привычным прошлым и полным неожиданности будущим?
Спорить с собой — последнее дело. Все равно права будешь именно ты.
Анастасия Волконская — эксперт-оперативник Следственного Департамента, нежная барышня с таинственным прошлым, неясным будущим и множеством загадок в настоящем. В их разгадывании и заключается работа Анастасии.
Но загадка загадке рознь. Сумеет ли госпожа эксперт решить ребус по имени князь Даниил Северов, советник-посланник соседнего государства? Или это он разгадает тайны Анастасии, заставив сделать выбор между привычным прошлым и полным неожиданности будущим?
- Оперативный следователь-эксперт Анастасия Волконская. Маг четвертой категории. – чуть сильнее развернулся ко мне Фарих.
"Она не слишком молода?" – мысленно произнесла я.
- Она не слишком молода? – уже вслух уточнил князь.
"Это ее единственный недостаток." – продолжила я молчаливый диалог.
- Это ее единственный недостаток. – ворчливо буркнул Фарих. Посмотрел на меня... недовольно. словно это я была виновата в собственной молодости.
Анастасия Волконская — эксперт-оперативник Следственного Департамента, нежная барышня с таинственным прошлым, неясным будущим и множеством загадок в настоящем. В их разгадывании и заключается работа Анастасии.
Но загадка загадке рознь. Сумеет ли госпожа эксперт решить ребус по имени князь Даниил Северов, советник-посланник соседнего государства? Или это он разгадает тайны Анастасии, заставив сделать выбор между привычным прошлым и полным неожиданности будущим?
admin
добавил цитату
из книги
«Лето Господне»
7 лет назад
В Сочельник, под Рождество, — бывало, до звезды не ели. Кутью варили, из пшеницы, с медом; взвар — из чернослива, груши, шепталы… Ставили под образа, на сено.
Почему?.. А будто — дар Христу. Ну… будто, Он на сене, в яслях. Бывало, ждешь звезды, протрешь все стекла. На стеклах лед, с мороза. Вот, брат, красота-то!.. Елочки на них, разводы, как кружевное. Ноготком протрешь — звезды не видно? Видно! Первая звезда, а вон — другая… Стекла засинелись. Стреляет от мороза печка, скачут тени. А звезд все больше. А какие звезды!.. Форточку откроешь — резанет, ожжет морозом. А звезды..! На черном небе так и кипит от света, дрожит, мерцает. А какие звезды!.. Усатые, живые, бьются, колют глаз. В воздухе-то мерзлость, через нее-то звезды больше, разными огнями блещут, — голубой хрусталь, и синий, и зеленый, — в стрелках. И звон услышишь. И будто это звезды — звон-то! Морозный, гулкий, — прямо, серебро. Такого не услышишь, нет. В Кремле ударят, — древний звон, степенный, с глухотцой. А то — тугое серебро, как бархат звонный. И все запело, тысяча церквей играет. Такого не услышишь, нет. Не Пасха, перезвону нет, а стелет звоном, кроет серебром, как пенье, без конца-начала… — гул и гул.
Ко всенощной. Валенки наденешь, тулупчик из барана, шапку, башлычок, — мороз и не щиплет. Выйдешь — певучий звон. И звезды. Калитку тронешь, — так и осыплет треском. Мороз! Снег синий, крепкий, попискивает тонко-тонко. По улице — сугробы, горы. В окошках розовые огоньки лампадок. А воздух… — синий, серебрится пылью, дымный, звездный. Сады дымятся. Березы — белые виденья. Спят в них галки. Огнистые дымы столбами, высоко, до звезд. Звездный звон, певучий, — плывет, не молкнет; сонный, звон-чудо, звон-виденье, славит Бога в вышних, — Рождество.