Не ходи в свою голову в одиночестве, mon petit. Это довольно опасное местечко.
Мы живем в век управляемых ракет и неуправляемых чувств.
Воспоминания могут убивать. Прошлое может дотянуться до вас и уволочь туда, где вам не следует быть.
Хотя большинство людей утверждает, что терпеть не могут, когда ими командуют, в критических ситуациях они с готовностью подчиняются тому, у кого хватит смелости взять руководство на себя и рассказать им, что нужно делать.
- Ты должен это знать. Во всём есть логика. Во всём. Просто мы пока не знаем, что это за логика. Мы должны увидеть всё глазами убийцы. В этом-то и трудность, агент Лемье. И вот почему не каждый может работать в отделе по расследованию убийств. Ты должен знать, что человеку, который совершил это, именно такой сценарий представлялся хорошим, разумным действием. Поверь мне, ни один убийца никогда не думает: "Ой, какая глупость, но я всё равно так сделаю". Нет, агент Лемье, наша задача состоит в том, чтобы найти это здравое зерно.
- Смертей и без того уже хватало. Пора было пустить в ход правосудие. Старомодное понятие. - Он поднял голову и улыбнулся, глядя ей в глаза. Прошло несколько секунд, прежде чем он продолжил: - Думаю, я был прав, но иногда меня всё же одолевают сомнения. Я похож на викторианского проповедника. Я всегда сомневаюсь.
Она использовала все это – и даже его, Сола, – чтобы доказать что-то непонятное людям, которым было все равно.
Причину сегодняшнего убийства, как и большинства других, следовало искать в прошлом, иногда в очень далеком прошлом.
Эмоции опасны. Эмоции лучше прятать под спокойной и мирной маской.
– У нас убийство.
Получив информацию, Гамаш повесил трубку и посмотрел на жену. Она сидела собранная и спокойная.
– У тебя есть кальсоны? – спросила она.
– Да, мадам.
Он открыл верхний ящик, в котором оказался сверток синего шелка.
– Я думала, что полицейские обычно держат там оружие, – сказала Рейн-Мари.
– Я нахожу, что кальсоны дают мне достаточную защиту.