Мои цитаты из книг
Уже семьдесят лет она одержима одной идеей: найти любовь и мужчину, и если возможно, то в одном лице, а это такая редкость.
В Париже происходят странные события: почти каждую ночь то здесь, то там появляются круги, начерченные синим мелом. В каждом из них лежит какая-нибудь старая вещица, найденная в мусорном контейнере или подобранная прямо на тротуаре. Парижане считают это дурной шуткой или выходкой безобидного сумасшедшего. Никто, кроме комиссара Адамберга, не считает, что дело может принять скверный оборот. И вдруг как-то ночью в очередном круге находят тело зверски убитой женщины. Однако на этом история не...
Данглар расхаживал по кабинету и снова думал о том, что через четыре или пять миллиардов лет Солнце, эта чертова звезда, собирается взорваться, и не мог понять, почему этот грядущий взрыв навевает на него такую тоску. Он отдал бы жизнь за то, чтобы Солнце через пять миллиардов лет продолжало вести себя спокойно и не взрывалось.
В Париже происходят странные события: почти каждую ночь то здесь, то там появляются круги, начерченные синим мелом. В каждом из них лежит какая-нибудь старая вещица, найденная в мусорном контейнере или подобранная прямо на тротуаре. Парижане считают это дурной шуткой или выходкой безобидного сумасшедшего. Никто, кроме комиссара Адамберга, не считает, что дело может принять скверный оборот. И вдруг как-то ночью в очередном круге находят тело зверски убитой женщины. Однако на этом история не...
Сам он тоже всегда прерывал работу, когда у него не было новых идей, не пытаясь вытащить их из дальних углов мозга, где они могли деформироваться, а значит, усилия все равно оказались бы напрасными.
В Париже происходят странные события: почти каждую ночь то здесь, то там появляются круги, начерченные синим мелом. В каждом из них лежит какая-нибудь старая вещица, найденная в мусорном контейнере или подобранная прямо на тротуаре. Парижане считают это дурной шуткой или выходкой безобидного сумасшедшего. Никто, кроме комиссара Адамберга, не считает, что дело может принять скверный оборот. И вдруг как-то ночью в очередном круге находят тело зверски убитой женщины. Однако на этом история не...
Профессор Мечников однажды заметил: у человека инстинкт самосохранения такой же мощный, как и у животного, но человек осознает, что смертен, а животное об этом не догадывается.
Пётр Борисович Кольт — миллиардер. Нет такой сделки, которую он не сумел бы заключить. Он может купить всё, что пожелает. Он привык побеждать и не терпит поражений. Он хочет вернуть молодость и жить вечно. Пётр Борисович не верит мифам о философском камне и стволовых клетках. Его интересует таинственное открытие, сделанное в Москве в 1916 году военным хирургом профессором Свешниковым. Никто не знает, в чём суть открытия. Все записи профессора исчезли во время революции и гражданской войны....
(О большевиках 1917 г.)Банды хамов, супостатов -
так в народе говорят
про немытых депутатов
тех, что родину срамят.
Пётр Борисович Кольт — миллиардер. Нет такой сделки, которую он не сумел бы заключить. Он может купить всё, что пожелает. Он привык побеждать и не терпит поражений. Он хочет вернуть молодость и жить вечно. Пётр Борисович не верит мифам о философском камне и стволовых клетках. Его интересует таинственное открытие, сделанное в Москве в 1916 году военным хирургом профессором Свешниковым. Никто не знает, в чём суть открытия. Все записи профессора исчезли во время революции и гражданской войны....
...когда тебе дали возможность убежать от смерти, нельзя оглядываться назад и смотреть ей в глаза.
Пётр Борисович Кольт — миллиардер. Нет такой сделки, которую он не сумел бы заключить. Он может купить всё, что пожелает. Он привык побеждать и не терпит поражений. Он хочет вернуть молодость и жить вечно. Пётр Борисович не верит мифам о философском камне и стволовых клетках. Его интересует таинственное открытие, сделанное в Москве в 1916 году военным хирургом профессором Свешниковым. Никто не знает, в чём суть открытия. Все записи профессора исчезли во время революции и гражданской войны....
Равенство - любимая иллюзия рабов, вечный соблазн профанического общества.
Пётр Борисович Кольт — миллиардер. Нет такой сделки, которую он не сумел бы заключить. Он может купить всё, что пожелает. Он привык побеждать и не терпит поражений. Он хочет вернуть молодость и жить вечно. Пётр Борисович не верит мифам о философском камне и стволовых клетках. Его интересует таинственное открытие, сделанное в Москве в 1916 году военным хирургом профессором Свешниковым. Никто не знает, в чём суть открытия. Все записи профессора исчезли во время революции и гражданской войны....
Бога отменяют те, кто претендует на Его место.
Пётр Борисович Кольт — миллиардер. Нет такой сделки, которую он не сумел бы заключить. Он может купить всё, что пожелает. Он привык побеждать и не терпит поражений. Он хочет вернуть молодость и жить вечно. Пётр Борисович не верит мифам о философском камне и стволовых клетках. Его интересует таинственное открытие, сделанное в Москве в 1916 году военным хирургом профессором Свешниковым. Никто не знает, в чём суть открытия. Все записи профессора исчезли во время революции и гражданской войны....
– Ося еврей.
– Вот это новость! Спасибо, я не знал.
– Не смешно, папа! Превосходительство лютый антисемит.
– Обычно это связано с хроническими запорами. Хорошо помогают клизмы и английская соль.
Пётр Борисович Кольт — миллиардер. Нет такой сделки, которую он не сумел бы заключить. Он может купить всё, что пожелает. Он привык побеждать и не терпит поражений. Он хочет вернуть молодость и жить вечно. Пётр Борисович не верит мифам о философском камне и стволовых клетках. Его интересует таинственное открытие, сделанное в Москве в 1916 году военным хирургом профессором Свешниковым. Никто не знает, в чём суть открытия. Все записи профессора исчезли во время революции и гражданской войны....
Профессор встал, закрыл форточку. Окна лаборатории выходили во двор, демонстрация двигалась по соседней улице и пела очень громко. Иногда пробивались отдельные выкрики, все те же лозунги: «Долой правительство!», «Мир хижинам, война дворцам!» Впрочем, появились и новые: «Пролетарии всех стран, объединяйтесь!», «Вся власть Советам!».
Агапкин смотрел сквозь толстое дырчатое стекло на Григория Третьего. Вот уже минут десять Григорий сидел неподвижно, только уши слегка дрожали. Рубиновые глазки неотрывно следили за Фёдором Фёдоровичем. Он нарочно пересел на другой стул, и Григорий поменял позу, повернулся в его сторону.
— Они не профессиональные певцы, — механически ответил Агапкин профессору, — у многих плохой слух.
— Не только слух, но ещё зрение, обоняние. Неужели они не чувствуют, как дурно пахнет в городе после победы над царизмом? Они так увлечены своими маршами и песнями, что справляют малую нужду по дороге, в подворотнях и подъездах. Без конца сморкаются и плюют на мостовые. Неужели не видят, как стало грязно? Скажите, откуда взялось столько подсолнухов? Все улицы в шелухе.
— Трудности переходного периода. Детская болезнь новорождённой свободной России. — Агапкин попробовал улыбнуться, но не получилось.
— Что детская болезнь? Убийства? Грабежи? Хаос и грязь?
— Нет. Я говорю только о семечках, — быстро, испуганно пробормотал Агапкин.
Он старался не спорить с профессором о том, что происходит в России. Михаил Владимирович сразу нервничал, раздражался.
— Прошу вас, не повторяйте этот митинговый бред, не называйте Россию новорождённой. Она существовала сотни лет. Огромная, сложная, прекрасная страна. Наша с вами Родина, со своей историей, культурой, наукой, армией, государственной системой. Сейчас у нас на глазах, при нашем попустительстве всю эту многовековую мощь уничтожили. Не татаро-монгольское нашествие, не Наполеон, не германцы с австрийцами. Свои. Новые Пугачевы с университетским образованием, тщеславные болтуны, мелкие самозванцы, психопаты с манией величия.
— Всё наладится. У нас есть правительство, — тихо возразил Агапкин и вжал голову в плечи.
— Кто? Эти? — Профессор изобразил сладкую, робкую улыбку и несколько раз шутовски поклонился.
Вышло так похоже на Керенского, что Агапкин невольно рассмеялся. Но Михаил Владимирович болезненно сморщился и помотал головой.
— Никакое они не правительство! Они сами себя назначили управлять Россией, они не ведают, что творят. Разваливать армию и одновременно вести военные действия — значит направить вооружённые войска на уничтожение собственной страны.
Пётр Борисович Кольт — миллиардер. Нет такой сделки, которую он не сумел бы заключить. Он может купить всё, что пожелает. Он привык побеждать и не терпит поражений. Он хочет вернуть молодость и жить вечно. Пётр Борисович не верит мифам о философском камне и стволовых клетках. Его интересует таинственное открытие, сделанное в Москве в 1916 году военным хирургом профессором Свешниковым. Никто не знает, в чём суть открытия. Все записи профессора исчезли во время революции и гражданской войны....