Мои цитаты из книг
-Ты знаешь,-сказал Анатолий,-я хоть и слепой, но очень хорошо будущее представляю. Вот многие думают, будущие-это белые города, нарядные люди, сытые все, конечно. Я не против белых городов и нарядной одежды. Я против тупой сытости, знаешь. Ей-богу! Мне кажется, сытый сытого хуже понимает, чем голодный голодного. Шкура, что ли, толще. Дубеет от сала. А надо, чтобы люди понимали друг дружку. Всегда. Когда поймут, пиши: настало будущие.
Алексей хотел посмеяться над капитаном, но очень уж серьезно тот говорил. Буркнул:
-Это ты хватил-против сытости. Выйди-ка сейчас на карусель нашу, объяви: "я против сытости". Изобьют.
-Изобьют!-согласился Анатолий.-Потому что это сейчас. А в будущем не изобьют. Задумаются.
Герой этой повести – фронтовик, шофер по профессии, списанный после ранения, случайно в гололед сбивает женщину, везущую под гору тележку с хлебом, мать троих детей. Он признан невиновным в трагедии, но судит себя сам, своим высоким судом. Об ошибках (опечатках) в книге можно сообщить по адресу http://www.fictionbook.org/forum/viewtopic.php?t=3166. Ошибки будут исправлены и обновленный вариант появится в библиотеках.
Вот многие думают, будущее – это белые города, нарядные люди, сытые все, конечно. Я не против белых городов и нарядной одежды. Я против тупой сытости, знаешь. Ей-богу! Мне кажется, сытый сытого хуже понимает, чем голодный голодного. Шкура, что ли, толще. Дубеет от сала. А надо, чтобы люди понимали друг дружку. Всегда. Когда поймут, пиши: настало будущее.
Герой этой повести – фронтовик, шофер по профессии, списанный после ранения, случайно в гололед сбивает женщину, везущую под гору тележку с хлебом, мать троих детей. Он признан невиновным в трагедии, но судит себя сам, своим высоким судом. Об ошибках (опечатках) в книге можно сообщить по адресу http://www.fictionbook.org/forum/viewtopic.php?t=3166. Ошибки будут исправлены и обновленный вариант появится в библиотеках.
Время и поступки навеки разделяют людей.
Герой этой повести – фронтовик, шофер по профессии, списанный после ранения, случайно в гололед сбивает женщину, везущую под гору тележку с хлебом, мать троих детей. Он признан невиновным в трагедии, но судит себя сам, своим высоким судом. Об ошибках (опечатках) в книге можно сообщить по адресу http://www.fictionbook.org/forum/viewtopic.php?t=3166. Ошибки будут исправлены и обновленный вариант появится в библиотеках.
Счастье и благополучие разводят, а беда обратно соединяет.
Герой этой повести – фронтовик, шофер по профессии, списанный после ранения, случайно в гололед сбивает женщину, везущую под гору тележку с хлебом, мать троих детей. Он признан невиновным в трагедии, но судит себя сам, своим высоким судом. Об ошибках (опечатках) в книге можно сообщить по адресу http://www.fictionbook.org/forum/viewtopic.php?t=3166. Ошибки будут исправлены и обновленный вариант появится в библиотеках.
Жизь невозможно начать сначала. Её можно только продолжать.
Герой этой повести – фронтовик, шофер по профессии, списанный после ранения, случайно в гололед сбивает женщину, везущую под гору тележку с хлебом, мать троих детей. Он признан невиновным в трагедии, но судит себя сам, своим высоким судом. Об ошибках (опечатках) в книге можно сообщить по адресу http://www.fictionbook.org/forum/viewtopic.php?t=3166. Ошибки будут исправлены и обновленный вариант появится в библиотеках.
Счастье т благополучие разводят, а любовь обратно соединяет.
Герой этой повести – фронтовик, шофер по профессии, списанный после ранения, случайно в гололед сбивает женщину, везущую под гору тележку с хлебом, мать троих детей. Он признан невиновным в трагедии, но судит себя сам, своим высоким судом. Об ошибках (опечатках) в книге можно сообщить по адресу http://www.fictionbook.org/forum/viewtopic.php?t=3166. Ошибки будут исправлены и обновленный вариант появится в библиотеках.
Р-р-аз! Звезды, костер, жена, сын, шум прибоя... Жизнь.
Р-а-аз! Волны над головой, водоросли по коленям, как волосы утонувшей женщины, жутко просвечивающая сквозь воду луна, пахнущий могильной сыростью ветер... Смерть.
Р-а-аз! Жизнь...
Дубровин писал обо всем. Темы его книг разнообразны. Но о чем бы он ни писал – его рассказ всегда был о Любви. Его книги трогают, веселят, выбивают слезу, заставляют думать. И они наполнены ровным, теплым ветром. Тем самым ветром, который приносит зов...
Почему один человек целится в сердце другого? Из-за еды? Тепла? Самок? Как звери. И так все века...
Дубровин писал обо всем. Темы его книг разнообразны. Но о чем бы он ни писал – его рассказ всегда был о Любви. Его книги трогают, веселят, выбивают слезу, заставляют думать. И они наполнены ровным, теплым ветром. Тем самым ветром, который приносит зов...
«Мир слишком богат, а жизнь коротка, считал он, чтобы дважды возвращаться к одному и тому же месту. Надо перебирать встречи, как камушки на морском берегу, иначе до захода солнца не успеешь полюбоваться»
Дубровин писал обо всем. Темы его книг разнообразны. Но о чем бы он ни писал – его рассказ всегда был о Любви. Его книги трогают, веселят, выбивают слезу, заставляют думать. И они наполнены ровным, теплым ветром. Тем самым ветром, который приносит зов...
«Счастье не в том, что человек может сидеть в дорогом самолете, а в том, что жизнь волочит человека по контрастам, как по ухабам. Вот мои золотые часы. Я не думаю о них, пока не потеряю. Я несчастен – такие отличные были часы. Я ползаю по траве, роюсь в пыли, может быть, даже плачу, если слегка под градусом. Но вот что-то блеснуло. Ах, как я счастлив! Находишь тогда, когда теряешь»
Дубровин писал обо всем. Темы его книг разнообразны. Но о чем бы он ни писал – его рассказ всегда был о Любви. Его книги трогают, веселят, выбивают слезу, заставляют думать. И они наполнены ровным, теплым ветром. Тем самым ветром, который приносит зов...