– Молчишь и выглядишь невероятно глубокой. А сама в это время думаешь... ну, не знаю... что лифчик жмет, или там, хочется ли тебе в туалет.
– Что толку загадывать? Это был универсальный ответ на любой вопрос.
– Я вел горемык на виселицу и с гордостью пожимал им руку.
– Наверное, это их безмерно взбадривало, сэр! – вставил Фрейзер.
Любая женщина всегда разглядит, что другая только что накрасилась
Хуже нет, когда мужик козел и ты накачиваешься в надежде, что тогда он будет выглядеть маленько лучше
досада – слишком тяжкий груз, чтобы таскать его с собой.
Он преклонялся перед всяким, кто поставленным голосом изрекал умные мысли.
Они дошли до муниципалитета и остановились попрощаться у крыльца, по бокам которого восседали два насупленных каменных льва в сером налете пепла. Джулия одного потрепала и рассмеялась.
– Ужасно хочется на него залезть. Как думаете, что на это скажет мисс Чисхолм?
– Полагаю, будет сердечный приступ.
Я всегда говорил: в тюрьме проявляется все самое хорошее и плохое, что есть в человеке.
...я делал то, что все мы делаем, ставши взрослыми, когда перед нами открывается зрелище страданий и несправедливости: я предпочитал не видеть его...